Онлайн книга «Академия ядов»
|
За чисткой зубов Тьяна прикинула, что говорить Зоричу. Пожалуй, не стоило сразу заявлять: Рогоз сама себя отравила. Надо было действовать хитрее и осторожнее: дать старшему мастеру факты, а он пусть сам составит картину. Быстро собравшись, Тьяна отправилась на встречу с Зоричем. Небесная синева мелькала в лужах, солнце играло на золотом куполе библиотеки. Воздух, прозрачный и свежий, пах размокшей листвой, влажным кирпичом и новым днем. Повсюду раздавался звук капель, падающих с карнизов. Первокружники еще отсыпались, но старшие студенты уже вовсю рассекали двор академии: бежали куда-то с тяжеленными словарями, толкали в сторону ядоварни тележки с пустыми бутылями и ловко перепрыгивали кусочки неба, отраженные в лужах. Тьяна на секунду застыла, испытав приступ зависти, а затем ускорила шаг. Она не помнила точно, где находился кабинет Зорича, поэтому спросила у первого встречного библиотекаря. В этот раз коридоры не пустовали, студенты не только сновали туда-сюда, но и восседали на скамьях с острыми краями. Тьяна заметила юношу-переводчика, несущего настолько внушительную стопку книг, что та закрывала ему обзор. Наткнувшись на бюст Икуба Поплавски, студент покачнулся, но не уронил ни один томик и продолжил путь. Тьяна тихонько фыркнула, повернула за угол и увидела две одинаковые прилизанные макушки. Эл и Эм – Ладох и Милох. Приятели Гнев. — Да когда уже она познакомит нас с призраком? — Он не призрак. И хватит трепаться об этом, олух. — Ой, не будь занудой. Ты все еще думаешь, что он… — Заткнись! Тут и у стен есть уши. — Они давно оглохли и отсохли, братиша. Ну ладно, ладно, молчу! Поймав обрывок разговора, Тьяна едва удержалась от повторного фырканья. В любой уважающей себя академии, конечно, была своя легенда о призраке, а то и не одна. Даже в Деве из уст в уста передавалась печальная история Зори Усопки, что сбросилась с главной башни. Говорили, она продала душу злым силам, чтобы преуспеть в учебе, но в итоге тронулась умом. Власта однажды нарисовала Усопку: крохотную черную фигурку, летящую вниз головой. Вышло недурно. Тьяна похвалила рисунок, и подруга повесила его над кроватью. Однако со временем Власта поменяла отношение к своему произведению. Это случилось за пару недель до Тьяниного отъезда: стоило подруге взглянуть на Усопку, как ее брови сходились на переносице. В конце концов рисунок был изорван и засунут в мусорку. Наверное, так Власта выражала молчаливый протест: не хотела, чтобы Тьяна уезжала в Старика. Надо бы навестить подругу. Вот только некогда. Эл и Эм ушли вперед, а Тьяна остановилась у двери в кабинет старшего мастера. Стукнула пару раз, услышала: «Войдите!» – и толкнула створку. В нос ударил пленительно-сладкий запах книжных шкафов, набитых раритетами, но Тьяна велела себе не терять голову. Пройдя вперед, она опустилась на стул напротив Зорича. Старший мастер сидел за столом и мерно постукивал пальцами по зеленому сукну. Металлический взгляд то булавкой цеплялся за Тьяну, то ускользал в сторону. Похоже, Зорич все еще ощущал неловкость из-за вчерашней сцены. — Вы хотели поговорить о Ясене Рогоз. – Тьяна первой прервала молчание. — Да, Островски, именно так. Рогоз выдвинула против вас серьезное обвинение. Вы, очевидно, думаете, что отравление «Детским ядом» можно приравнять к шутке, но… |