Книга Царь Скорбь, страница 301 – Джо Хилл

Точно так же Донован глядел на нее из глубин треснувшего зеркальца той ночью, когда они призывали из Долгой Тьмы Царя Скорби. Треснувшее зеркальце (хотя Элли утверждала, что это была огромная раковина-конх, как в «Повелителе мух», а Артур, кажется, полагал, будто Царя Скорби призывали с помощью русской солдатской каски времен Второй мировой, наполненной водой из-под крана) передавали по кругу, из рук в руки. Дверь в коридор то распахивалась, то захлопывалась, грохая о косяк, так что грохот всякий раз заставлял вздрагивать от испуга. Как Донне хотелось убедиться, что все это розыгрыш – дурацкий, жестокий розыгрыш, устроенный Колином, что дверь управляется нажатием кнопки под карточным столом! Однако она точно знала: Колин тут ни при чем, и не только потому, что руки он все время неуклонно держал на виду. Решающим оказалось другое: оглянувшись на распахнутую дверь, Донна увидела за ней вместо коридора небо, а в небе – хоровод из множества незнакомых, странных созвездий.

В какой-то момент Элли встала и отправилась бренчать на пианоле. Вскоре после этого Артур вышел через французские окна наружу, в заснеженный двор. Зеркальце оказалось у Донны, и Ван, придвинувшись слева, заглянул в него вместе с ней. От центра стекла тянулась вниз трещина, делившая его пополам, и Донна, взглянув в свою половинку, увидела Вана, а Ван, глядя в свою, увидел ее, Донну. Тот, зазеркальный, Ван улыбнулся (хотя Ван, сидевший рядом, не улыбался вообще) и показал Донне карту, дракона червей, а зазеркальная Донна показала Вану дракона пик. Тут она и сообразила, что от них требуется. Обоим все стало ясно без разговоров.

Ван, отыскав две колоды карт, смешал их в одну. Усевшись на пол, друг против друга, они начали играть в «Войну». В древнейшую, первую свою карточную игру, которую так и не переросли, поскольку воевали друг с другом с рождения. Элли снова и снова выколачивала из пианолы мелодию «Puff the Magic Dragon». Колин, отсев от стола, перебрался к французским окнам и пускал изо рта колечки дыма. Ван перекрыл и забрал ее десятку червей червонной дамой. Донна побила его короля треф пиковым тузом.

— Если на свете взаправду бывают драконы, что же еще может оказаться не сказкой? – пробормотал Ван.

— Типа? Хочешь сказать, может, и Санта взаправду на свете есть?

— Или там великаны, и все такое. Эх, нам бы не дракона, а великаншу вызвать! Меня лично рослые женщины заводят здорово…

— И как ты себе это представляешь? Секс с великаншей… ну-ну! Нет, ползать в ее щели на манер спелеолога ты, надо думать, можешь сколько угодно, но какой же это секс, чувачок? – поддразнила его Донна.

С этим она выложила перед собой тройку треф, а у Вана вскрылась двойка бубен, и взятка осталась за Донной. Затем Ван вскрыл короля треф, но Донна побила его трефовым тузом, и взятка снова осталась за ней.

— Твою ж мать, – проворчал Ван.

— Инцесту в доме не место, – не осталась в долгу Донна.

Снаружи неторопливо, будто в замедленной съемке, гонялся за кем-то по снегу Артур Оукс. На глазах Донны оба, преследователь и преследуемый, разделенные сотней футов, пробежали мимо раза минимум два. Незнакомец удирал целиной, по сугробам, Артур следовал за ним. Выпущенное Колином кольцо дыма, раздавшись вширь, сравнялось в величине с канализационным люком.