Онлайн книга «Гонец в преисподнюю»
|
Всё. Прошло, улетучилось. И глаза прежние. — Господин Торюмон? О чём мы с вами говорили? — Вы спешили приветствовать меня, — пояснил я, не желая вдаваться в подробности. — Отметили, что вам сейчас неловко. — Правда? — удивился он. — Почему? — Не знаю, Катацумури-сан. Вероятно, вы очень щепетильны. И я вышел на улицу. 4 «Я к ним больше ни ногой…» Фудзи ждал меня на улице, курил. Рядом с ним торчали двое громил, перекидываясь с моим слугой репликами, — как осуждающими, так и восторженными. Речь шла о поединках борцов сумо, состоявшихся пять дней тому на площади возле храма Гококу-дзи. Здешнее сумо отличалось от того, что было принято в остальной Чистой Земле, — разрешались захваты за ноги, удары не только ладонями, круг для поединков был меньше, да и дрались борцы одетыми, а не голыми, в одной набедренной повязке, — короче, при таком разнообразии приёмов зрители всегда находили, о чём поговорить. Неподалёку на земле стоял паланкин. Возле него приплясывали возбуждённые носильщики, время от времени принимая в беседе самое живое участие. Двое даже начали демонстрировать эпизод какой-то схватки, упали на землю и вывалялись в пыли под общий хохот. — Эй, Фудзи! Слуга торопливо выколотил трубку, сунул её за пазуху и подбежал ко мне. — Ты знаешь, что начальник Канасуку умер? — Знаю, господин, — с удивлением откликнулся Фудзи. Он ждал любого вопроса, но не этого. — И давно знаешь? — Дней пять уже, господин. Может, шесть. — От кого узнал? — От Гудзи, — он указал на одного из громил. — А что, нельзя было? Гудзи ухмылялся во весь щербатый рот. Громиле нравилось, что его упоминают в разговоре. Видимо, это случалось реже, чем ему хотелось бы. — Можно, — буркнул я. — А мне почему не доложил? — Не знал, что вам это интересно, господин, — Фудзи почесал в затылке, забыв, что на нём маска. — Умер и умер, что тут особенного? Чахоточные все умирают, лечи, не лечи… Он на всякий случай поклонился: — Надо было доложить, да? Обо всём докладывать, что эти говорят? — Обо всём не надо. Только о важном. — А как я узнаю, что для вас важно, господин? Я сойду с ума, если он станет пересказывать мне ежедневную болтовню мальчиков начальника Канасуку. Но действительно, как ему понять, что для меня важно, а что нет? Опять же, я потребовал, чтобы сопровождения больше не было. Если мой приказ будет выполнен, значит, и разговоры прекратятся, и передавать станет нечего. — Про жениха госпожи Тэры ты тоже знаешь? — Знаю, господин. — И я знаю, — крикнул Гудзи. — Он меня побил! — Жених? — заинтересовался я. — Ага, — Гудзи подошёл ближе. — Он с севера приехал. В дом без приглашения зашёл! Я ему говорю: «Ты, дурная башка!» Я ж ещё не знал, что он жених… А он мне сразу в морду: раз, два! И ногой по яйцам. Я ему хотел… — Хотел он! — заржал второй громила. — Удалец! Ты на жопе сидишь, сопли пузырём. А он плюнул и к госпоже Ифе идёт, как так и надо! Вот станет Улитка начальником, припомнит тебе дурную башку… — Припомнит? Он моё имя запомнить не может! — Врёшь! — Зыркнет исподлобья: «Ты кто? Как тебя зовут?» Я ему: Гудзи! Он: «Ага, точно…» А назавтра опять: «Как тебя зовут?» — Очень ему нужно твоё имя! Было б что помнить! — А вот и нужно! Меня и покойный начальник привечал! — Ага, привечал! Как и новый, кулаком в морду… |