Книга Aurental. Volumen I: Saeculum dolore, Saeculum natum, страница 201 – Pauline Lents

— Выходит, ставки на возвращение жрицы не оправдались, дорогая? — злорадно сорвалось с его губ.

Ярость вновь хлынула по лицу Шион; ладони метнулись в неконтролируемом жесте в его сторону.

— Немедленно заткнись, Альбрехт, — голос вышел с хрипом. — Клянусь, ещё одно слово, и я убью тебя прямо здесь.

Насмешка мгновенно исчезла с его лица, а тишина вновь опустилась на зал. Архивариус тяжело выдохнул над своими записями, пока шаги уже окончательно растворялись где-то в коридорах замка.

4

К вечеру боль в ноге стала глухой и ровной. Повязку пришлось сменить дважды; кровь уже не текла так обильно, как сразу после Совета, но ткань всё равно продолжала темнеть быстрее, чем хотелось бы.

Приказ перевести Люси в другие покои был отдан сразу после возвращения домой. Несколько служанок перенесли всё немногое, что успело закрепиться за ней за время пребывания в поместье, после чего комната Паулин снова начала принадлежать только ей одной.

Сидеть в кресле не получалось. Кровать тоже не принимала тело спокойно: стоило лечь, как боль в бедре начинала тянуть сильнее, а тишина вокруг становилась слишком плотной. Паулин отбросила книгу, так и не дочитав строки, и перебралась на широкий подоконник. Холод камня прошёл через ткань платья, но это оказалось терпимее ожидания. Перевязанная нога свесилась вниз и начала мерно покачиваться в воздухе; движение то ускорялось, то сбивалось, выдавая больше, чем позволило бы лицо.

Шаги в коридоре проступили сквозь тишину постепенно, сначала почти неразличимо, потом ближе, твёрже, знакомее. Нога замерла сразу. Пальцы на краю подоконника разжались, спина выпрямилась, дыхание стало ровнее. Лицо приняло скучающее выражение раньше, чем тень остановилась у двери; подбородок лёг на ладонь, взгляд лениво ушёл к окну, будто приближение за порогом лишь слегка нарушило её вечер.

Молчание затянулось. Она всё ещё не оборачивалась, но с каждой минутой её сдержанность таяла всё заметнее. Сначала она позволила ему подойти ближе, потом перестала отстраняться от прикосновений. Его губы коснулись её ноги чуть выше икры — осторожно, почти вопросительно. Затем ещё раз, медленно поднимаясь к месту, где когда-то было клеймо. Паулин лишь на мгновение закрыла глаза, будто пытаясь сохранить остатки привычной осторожности, но и она постепенно ускользала.

— Я скучал по тебе, — тихо произнёс Лирхт, наконец поднимая взгляд на её лицо.

Паулин наконец повернула к нему голову. В уголках губ уже пряталась довольная улыбка, которую она явно пыталась скрыть, но получалось не слишком убедительно. Она недовольно выдохнула через нос и прищурилась.

— Так скучал, что не хотел, чтобы я возвращалась? — спросила она с нарочитой укоризной.

Он едва заметно качнул головой.

— Это неправда, — еле слышно добавил он.

Поднявшись, он осторожно взял её руку в свою. Его взгляд на мгновение задержался на её лице, а затем он склонился и коснулся губами тыльной стороны её ладони — мягко, бережно и чуть дольше, чем требовала простая вежливость.

Она смотрела на него ещё несколько секунд, словно собираясь продолжить упрямиться, но затем тихо вздохнула. Она медленно вытащила свою ладонь из его руки и протянула к нему обе руки — на этот раз без колебаний. Лирхт замер лишь на мгновение, а затем шагнул ближе и подхватил её на руки. Сразу прижавшись к нему, Паулин обвила руками его шею и уткнулась лбом в плечо, пока её ноги оторвались от подоконника и мягко качнулись в воздухе.