Книга Келин. Я вам не прислуга!, страница 3 – Мелисса Моррис

— Салта, ты сейчас можешь говорить? Только не отвечай сразу, что у тебя кастрюля убегает.

Я стою у раковины с телефоном, зажатым между плечом и ухом. Кастрюля действительно передо мной, но говорить об этом Мадине не хочется.

— У меня ничего не убегает.

— Тогда слушай. У нас администратор уходит. Я вчера узнала, хотела тебе набрать, потом вспомнила про ваш юбилей. Как все прошло?

Я провожу губкой по чистому уже краю.

— Нормально. Гостей было много.

Вчера я так и не нашла ответа Данияру. Дождалась, пока он пройдет в спальню, и вернулась к посуде. Когда легла, муж уже спал. Утром он спросил, где его домашняя футболка, и я показала на полку.

— Ты еще здесь? — спрашивает Мадина. — В прошлом году обещала подумать. Может, теперь попробуешь?

Я выключаю воду. В прошлом году? Мне кажется, мы говорили об этом недели три назад.

— Там много нового? — спрашиваю я.

— По сравнению с нашим старым ателье? Прилично. Программа другая, заказы через сайт тоже идут. Но люди прежние: «мне срочно» и «а почему я на фотографии такая». С этим ты раньше справлялась лучше меня.

Я улыбаюсь. Помню клиентку, уверявшую, что на фотографии чужое пальто. Мадина спряталась в подсобке, а я полчаса объясняла, что мы ничего ей не подрисовывали.

— Я шесть лет не работала, — говорю я.

— Я помню. Поэтому предлагаю поговорить, а не выйти завтра руководить всеми нами. Хочешь, дам номер Розы Сериковны?

Хочется спросить про зарплату и график, но я оглядываюсь на открытую дверь кухни.

— Дай.

Мадина присылает контакт. Можно позвонить после завтрака, сначала привести себя в порядок. Но я набираю сейчас, пока не передумала.

Роза Сериковна спрашивает, где я работала. Я рассказываю про ателье, но замолкаю, когда речь заходит о перерыве.

— Мадина говорила, что вы давно не в этой сфере, — помогает она. — Подробно обсудим при встрече. Сегодня к четырем сможете подъехать?

— Да.

Слово выскакивает прежде, чем я успеваю подсчитать оставшиеся домашние дела.

Записываю адрес на обороте магазинного чека. Меня еще никуда не приняли, а я уже улыбаюсь.

До четырех больше шести часов. Я вполне успею.

За завтраком Гульмира обсуждает с мужем вчерашних гостей. Я ставлю перед Ермеком чай, собираюсь выйти и все-таки останавливаюсь.

— Мама, я сегодня к четырем поеду в фотоцентр. Там есть место администратора. Меня пригласили поговорить.

Свекровь перестает размешивать сахар.

— В какой еще фотоцентр?

— Где Мадина работает. Я раньше занималась таким, вы помните.

— Помню. Только ты теперь замужем.

Я оглядываюсь на Данияра. У него сегодня выходной; он сидит напротив отца и листает что-то в телефоне.

— Это пока просто встреча, — говорю я. — Я узнаю, какой график, сколько платят.

— После вчерашнего в доме пройти невозможно, а у нее встреча. — Гульмира кладет ложку на блюдце. — В три будем буфет разбирать. Все вынуть, полки протереть, праздничную посуду убрать как следует.

— Вы же утром сказали, что буфет на неделе разберем.

— Утром одно думала, сейчас другое. Мне уже и в своем доме нельзя планы поменять?

Ермек забирает газету и встает. Я жду, что он что-нибудь скажет, но свекор только просит Данияра потом посмотреть скрипящую калитку.

— Я протру полки сейчас, — предлагаю я. — До трех все сделаю.