Книга Смотритель маяка 1, страница 5 – Сергей Шиленко, Артём Град

Боцман остался у входа. Хвост дёргался, ему тут не нравилось.

Под линзой — кованая панель и рубильник. Стоял в положении два, «Смотритель». Я сжал рукоять. Металл, нагретый солнцем, лёг в ладонь удобно.

Вдох. Выдох.

Навалился всем весом, переводя рычаг в «Океан».

Механизм защёлкал, перетирая патину. Рычаг полз неохотно, с маслянистым сопротивлением. Скрипнул на мёртвой точке и с лязгом ударился об ограничитель.

Пару секунд оседала пыль.

Пол дрогнул. Вибрация поднялась от основания — загудела в подошвах, прошла по позвоночнику к затылку.

Кристалл ожил.

Внутри мутного камня что-то шевельнулось. Свет разгорался медленно, меняя цвет с серого на густой перламутр. К гулу добавилось тонкое пение — высоковольтные провода под нагрузкой. Луч прошёл сквозь стекло, преломился, рассыпался на сотни векторов и ударил вверх, в купол.

Внутренняя поверхность красного колпака перестала быть просто железом. На ней проступили линии — золотые, геометрически точные. Вспыхивали одна за другой, сплетаясь в сетку, и повисли в воздухе чёткими блоками.

СИСТЕМА МАЯКА ЗАПУЩЕНА.

ИСТОЧНИК: ГЛАВНЫЙ КРИСТАЛЛ ФРЕНЕЛЯ.

УРОВЕНЬ ЭНЕРГИИ: 36% (КРИТИЧЕСКИЙ).

ЗАПАС ТВЁРДОГО ТОПЛИВА: 0%. ПЕЧЬ ОСТЫЛА.

ОПТИКА ЗАГРЯЗНЕНА. СВЕТОПРОПУСКАНИЕ СНИЖЕНО.

СМОТРИТЕЛЕЙ В ЗОНЕ: 2.

Я прочитал последнюю строку дважды. Потом в третий раз. Потом посмотрел на Боцмана.

Кот сидел у входа и смотрел не на меня — мимо, в пустой дверной проём за моей спиной. Шерсть на загривке стояла дыбом, но он не шипел. Молчал.

Два смотрителя в зоне. Я — первый. Кто второй?

Я повернулся к окну. Солнце уже коснулось горизонта, и там, на западе, где карта показывала штриховку и крестики, у самой кромки воды занималась лёгкая дымка.

— Ладно, — я вытер ладони о штаны. — Диагностика ясна. Топлива нет, оптика в грязи, второй смотритель неизвестно где. Нормальное состояние принятого объекта.

Циркуль привычно лёг в пальцы. Закат разгорался.

— Пошли принимать хозяйство, Боцман. До темноты — три часа.

Три часа — это много, если знаешь, что делать, и мало, если не знаешь. Я не знал, но список задач уже выстраивался в голове сам, по привычке сорока лет у станка: топливо, еда, вода, рекогносцировка. Именно в таком порядке. Без тепла кристалл сдохнет, без еды — я, без воды — мы оба, а без разведки рискуем сдохнуть от чего-нибудь непредвиденного.

Боцман трусил впереди по лестнице, уверенно, как проводник, который водил эту экскурсию сотню раз. На втором этаже он остановился у двери кухни и посмотрел на меня. Требовательно. Кормить?

— Потом, — сказал я. — Сначала подвал.

Кот фыркнул, но пошёл следом. Под лестницей первого этажа чернел провал — каменные ступени, уходящие вниз, в сырость и холод. На схеме здесь значился грот с водозабором. Я спустился на три ступени. Воздух стал ледяным, пахнуло морем и гнилыми водорослями. В темноте плескалась вода — близко, в паре метров.

Боцман на верхней ступеньке. Дальше не пошёл. Сел, прижав уши, и уставился в черноту. Не шипел — просто смотрел.

— Понял. Не нравится, — я поднялся обратно.

Рядом с провалом — низкая дубовая дверь на приржавевшем засове. Кладовая. Навалился плечом, дверь поддалась с мерзким скрипом. Чиркнул зажигалкой, найденной раньше в кабинете. Огонёк заплясал, выхватывая из мрака стеллажи.