Книга Воин Сидона, страница 49 – Джин Родман Вулф

* * *

Анубис велел прийти к нему в город мертвых. Я не забыл о призыве, когда мы вставали утром на прикол, и точно помню сейчас, хотя ни разу не видел самого бога. Я сошел на берег, желая заточить лезвие Фалькаты, а Урею протянул длинный кинжал, одолженный у Тиби; сообщил рабу, откуда оружие, и что его надлежит потом вернуть. Клинок был отличный, обоюдоострый и прекрасно заточенный. Урей отказался, дескать, оружие ему без надобности, и хотел отдать его Митсерэу. Та поблагодарила, но кинжал, опасаясь потерять его, вернула Тиби.

Так, осененные знамением, хуже которого не придумаешь, мы отправились в путь. Пошли на рынок спросить там дорогу к городу мертвых, но почти никого не застали. Митсерэу утверждает, что вчера после процессии тут было не протолкнуться.

Она присматривалась к украшениям и оружию в многочисленных лавочках; я прикупил ей небольшой кинжальчик, выкованный, как мне показалось, в кеметской манере – он похож на иглу с ушком в рукояти^[12].

Митсерэу спросила, пойдем ли мы в город мертвых при свете дня. Об этом я подумать не успел; взял у Урея свиток и вслух зачитал обо всем, что говорил и делал лекарь. Ну, сказала тогда Митсерэу, раз уж лекарь спрашивал, не испугаюсь ли я, идти точно следует ночью. Днем покойников и дети малые навещают, а вот ночью любой город мертвых – место дурное.

— А что, – спросил я, – из могилы выходит Кровопийца?

Где-то я о нем уже слышал.

Митсерэу посмеялась надо мной, как над маленьким, да только я знаю, что она сама боится.

— Встретиться с Кровопийцей я бы предпочла на полный желудок, – прибавила она. – У тебя еще остались деньги на приличный обед?

Я пересчитал монеты; нам троим хватало на простенькую трапезу. Впрочем, к тому времени как удалось найти харчевню, где еще были свободны места и которая устроила бы Митсерэу, раб куда-то запропастился. Тогда мы взяли обед посытнее, да еще и на пиво осталось: жареная рыба и ячменные лепешки с пылу с жару здесь просто отменны. Лишь под конец я сообразил, что не сберег денег на комнату, и уже приготовился снова ночевать на палубе корабля, о чем сообщил Митсерэу.

— Не бойся, – ответила она. – У Муслака денег куры не клюют, он с радостью даст тебе на приличную комнату и не только. Тебе же потребуются деньги, если думаешь устроить сегодня жертвоприношение, да? На хорошего черного ягненка. Они-то здесь не дешевые.

Я признался, что о таком не подумал.

— А стоило бы. Если просишь денег, проси много, бери, сколько можешь, а вскоре возвращайся. Это стоит знать, дорогой, так что запиши все у себя в свитке.

— Запишу, – обещал я. – Пока мы вместе, буду помнить об этом.

Ох как она разозлилась. Стала кричать, но потом разревелась. Я пытался утешить ее, а когда не вышло, велел возвращаться на судно, сказав, мол, знаю, где находится город мертвых, и ночью отправлюсь туда в одиночку.

— Никуда я не уйду! Животное! Думал, если я зла, то брошу тебя?

Тогда я покинул харчевню. Предупредил Митсерэу, что накажу ее, если она там не останется. Уже отошел на приличное расстояние от рынка, когда заметил, как она следует за мной. Развернулся и погнался за ней, поймал, и мы поцеловались.

— Разве я не быстро бегаю, Латро?

— Очень быстро. У тебя длинные ножки, но ты резво начинаешь и быстро устаешь.