Книга Рассказы, страница 1 – Поппи З. Брайт

1. В котором мы задаёмся общим вопросом: не стала ли традиционная вступительная статья пережитком прошлого?

Ну конечно, стала. Разве нет? Разве сама мысль о том, что один писатель должен «представлять» читателю другого, не отдаёт кринолинами, шляпными булавками и тем викторианским складом ума, который сегодня так же мёртв, как кошка матери Барнаби Раджа?

Читателям, покупающим книги под конец двадцатого века, благовоспитанные литературные предисловия к новым авторам нужны не больше, чем Мартину Лютеру было нужно посредничество священников, торговавших индульгенциями в грязных переулках.

Читатели дивного нового мира эпохи распродаж (1992… 1995… 1999… и так далее) готовы заплатить за книгу и сами рискнуть своим выбором — без торжественных вступлений и прочих викторианских любезностей.

Так почему же я всё-таки пишу это предисловие, чтобы представить вам Поппи З. Брайт?

Если говорить только за себя, а иначе я никогда и не говорю, то причина проста. Она та же самая, по которой в начале лета 1977 года я пришёл на пикник друзей и коллег и взахлёб рассказывал им о совершенно новом, почти никому не известном фильме, который только что посмотрел.

— Это потрясающе! — говорил я. — Это совсем не похоже на всё остальное. Это настоящее возвращение к тому захватывающему кино, которого я не видел уже много лет. Обязательно сходите!

— И как называется этот фильм? — спросили мои друзья. (Опасайтесь начинающих эстетов, которые непременно называют кино «фильмом».)

— «Звёздные войны», — ответил я.

— А-а… — снисходительно протянули они, возвращаясь к своему бри. — Фантастика…

На этом разговор и закончился.

Но меня не так-то легко охладить, если речь идёт о том, что действительно стоит внимания. Поэтому я снова здесь — чтобы рассказать вам о Поппи З. Брайт.

Её проза неизмеримо мрачнее и умнее всех когда-либо снятых «Звёздных войн» вместе взятых. Но при этом в ней живёт то же ощущение открытия, то самое ощущение встречи с чем-то новым под солнцем… или, если уж говорить о Поппи, — с чем-то новым под тёмной луной.

2. Так кто же такая Поппи З. Брайт и зачем она вытворяет с нашими мозгами такие ужасные вещи?

Не ждите здесь откровений в духе Патти Дэвис. Если в конце этой книги помещена обычная краткая биографическая справка об авторе, то вы знаете о Поппи З. Брайт примерно столько же, сколько и я. Хотя мне довелось встречаться с Поппи дважды (об этом ещё пойдёт речь), мои знания об этой загадочной женщине почти не выходят за пределы тех нескольких строк биографии, которые сейчас лежат рядом с клавиатурой, пока я пишу эти строки.

«Родилась в 1967 году…»

Да быть того не может. Неужели существуют профессиональные писатели — да ещё такие блестящие и зрелые, как Поппи З. Брайт, — которые родились в 1967 году?

У меня есть галстуки старше этой девчонки…

«…работала изготовителем изысканных сладостей, натурщицей, поваром, смотрителем лабораторных мышей и исполнительницей экзотических танцев».

Вот оно, старое доброе время Джека Лондона, когда писатели успевали прожить жизнь, прежде чем садились писать книги. Сегодня типичная авторская справка выглядит примерно так: