Онлайн книга «Материя. Том 1»
|
Воган завизжала. Ледбитер испуганно охнул. — Будем считать, что мы закончили с этим. Ах, простите… Закончили наполовину. Бредбедл повернулся к уцелевшему охотнику и сделал приглашающий жест стальной лапой. — Je vous invite, Monseigneur[158]. Тот сглотнул, с ужасом глядя то на бронированную громаду, то на гарпун в собственных руках. Страшная смерть брата оглушила его, он двигался медленно и неловко, а оружие держал так, словно взял его впервые. Что-то в нем надломилось, он будто растерял всю свою сноровку и опыт. Его выпады больше не были стремительными и смертоносными, они выглядели неуклюжими, растерянными, по-детски слабыми, Бредбедл отбивал их играючи, даже в насмешливой манере, двигаясь точно фехтовальщик в фарсовой пьесе, нарочито пританцовывающей вихляющей походкой. Это был не бой, это была игра. Железное чудовище без труда встречало всякую атаку, так легко отбрасывая грозный прежде гарпун, будто его держала мышь. Кажется, он даже приплясывал, негромко напевая что-то себе под нос. И это сказывалось на его противнике сильнее, чем самые ужасающие угрозы и проклятья. Младший Боссьер – если он действительно был младшим – выдыхался с каждой атакой, так стремительно, будто сам весил пятьсот фунтов. Он спотыкался, беспомощно оглядывался, стискивал зубы… Тщетно. Он не только не мог дотянуться до уязвимых мест монстра, но и сам все больше подставлялся, не замечая того. Игра. С самого начала – дьявольская игра… Бредбедл забавлялся минуту или две, после чего со скрежетом зевнул. От этого звука, жуткого и протяжного, как у старого корабельного ревуна, внутренности оставшегося охотника должны были сплавиться, превращаясь в жидкий воск… — Кажется, гости начинают скучать, – заметил Бредбедл, – не будем злоупотреблять их терпением, господин Боссьер. Если вы не против, я бы хотел завершить представление, тем более что ничем новым вы меня не удивите. Хотите сделать это сами или предоставите мне?.. Нервы Боссьера не выдержали. Выкрикнув какое-то нечленораздельное ругательство по-французски, он устремился в атаку с яростью, рожденной скорее отчаяньем, чем тактическим расчетом. Его удары сыпались на броню беспорядочно и вразнобой, он словно не фехтовал, а колотил палкой по бочке. Неудивительно, что смертоносное острие беспомощно соскальзывало с бронированных пластин, не в силах даже их оцарапать. Бредбедл позволил ему атаковать трижды, всякий раз легко уклоняясь, затем пробормотал: — Ну, кажется, довольно… Прежде чем его противник понял смысл сказанного, монстр шагнул вперед, занося лапу. В этом чудовищном скафандре даже сам Джеймс Харви д’Эвиль[159] двигался бы как мучимый подагрой престарелый калека, но этот выпад даже стороннему наблюдателю показался бы чертовски – противоестественно – быстрым. Удар был аккуратным и точным, ровно по темени. Он не выглядел сильным, Бредбедл будто бы играючи коснулся головы Боссьера, но Лэйд отчетливо услышал хруст вроде того, который издает сваренное вкрутую яйцо, если ударить по нему ложкой. Голова мужчины лопнула, легко сминаясь, из глазниц плеснуло грязно-розовым и серым, челюсть, хрустнув, разломилась пополам. Охотник покачнулся и какое-то ужасающее мгновение словно бы силился устоять на ногах, но Бредбедл, вздохнув, аккуратным тычком уронил его на пол. А затем небрежно откатил распластанное тело к стене, точно хозяйка, стыдливо заметающая пыль под ковер. |