Книга Медкомиссия. Строгий врач, страница 79 – Лучия Мун

Жжжжжж... - звук заполняет весь мир, проникает в кости, в мозг. Холодное дуновение воздуха на мокрой от слез щеке.

Запах жженой эмали.

И это жуткое ощущение, что сейчас, прямо сейчас сверло провалится сквозь зуб и...

Но я уже не могу убежать. Остается только терпеть и молиться, чтобы это поскорее закончилось.

По щекам текут слёзы, скапливаются на подбородке и падают. Они выступили на глазах, когда я приказала себе терпеть.

Терпеть — стонать, но не кричать и не дергаться.

Не перечить доктору.

Не говорить лишних слов, вопросов, не спрашивать.

Молчать и терпеть.

* * *

— Медсестра, мы приступаем к пломбированию…

— Каналы хорошие?

— Да, кариес до них не дошел. Это на поверхности только, — отвечает врач и готовит пломбу.

Пытаюсь не сглазить, не сильно радоваться тому, что идет уже последний финишный этап. Световая лампа в лицо, сижу раскрыв рот и жду, когда это все закончится. В красках представляю, как завтра зайду к окулисту и…

И все!

Все!

Парам-пам-пам-пам! — хочется пропеть, но нет на это настроения. Все кажется, что доктора еще что-нибудь выдумают, найдут.

Но стоматолог совсем не такой как Вальтер. Он… нормальный. Видно, что это хороший доктор, внимательный врач. Заботливый, приятный, тактичный…

— Ну вот и готово, — он улыбается, дает мне зеркало, — можете посмотреть.

Не веря своему счастью встаю с кресла, сам Вальтер мне показывает справку, зачитывает:

— Ротовая полость санирована, вот, это приложим к основному документу.

Киваю.

Конечно приложим.

— А сейчас иди пока к себе, успокойся и поешь. На сегодня у тебя больше ничего, так что можешь спокойно отдыхать весь вечер.

— Подождите, врач, — перебивает его медсестра. От ее слов меня пробивает дрожь, как будто предчувствие чего-то пугающего, — она же анализ крови не сдала.

— Не сдала?

— Да. В то утро, когда убежала от интерна.

Все три врача строго посмотрели на меня.

Съеживаюсь под их взглядами и виновато опускаю глаза в пол.

— Да-да, анализа крови-то нет. И остальных тоже…

Теперь и медсестра на меня смотрит недовольно, но она быстро решает проблему:

— Пойдем сейчас.

Она берет меня под руку и выводит из кабинета.

— Сейчас на кровь тебя… быстренько сделаем прокол.

Кабинет оказался маленьким и слишком белым — стерильные стены, металлический стол, резкий запах спирта.

На полке аккуратно разложены пробирки, ватные шарики, жгуты. Посередине — устрашающего вида ланцет — маленькая пластиковая штука с иглой внутри, и стерильные салфетки.

Медсестра улыбается, но её глаза бегло оценивают мою реакцию. Я уже чувствую, как ладони становятся влажными.

— Садитесь, руку на стол, ладонью вверх, — говорит она деловито, доставая перчатки.

Я протягиваю указательный палец правой руки. Она берёт ватный шарик, смоченный в спирте, и протирает подушечку. Холодная влажность, резкий запах.

— Сейчас будет совсем не больно, — лжёт она с профессиональной лёгкостью.

Я знаю, что это неправда.

Наступает самый страшный момент.

Она берёт ланцет — маленький пластиковый колпачок с иголкой внутри.

Мои мышцы напрягаются.

— Главное — не дёрнуться, — думаю я, но палец уже предательски дрожит.

— Глубокий вдох…

Я зажмуриваюсь.

Острая, быстрая боль — как будто укусила оса. Тёплая капля крови выступает на коже.

Медсестра лёгким нажатием выдавливает ещё немного в тонкую стеклянную трубочку.