Книга От войны до войны. Потаённые смыслы эпохи, страница 150 – Анатолий Салуцкий

Были и обстоятельства иного рода. Летний визит Черномырдина в Америку стал триумфальным, а расширенное заседание правительства 15 августа объявили «Съездом победителей». У Ельцина иначе. Месяц назад, зело пьян, он дирижировал «Калинкой-малинкой» при выводе войск из Германии, да и в Штаты слетал неудачно. Под таким давлением оппозиции был, что заявил о готовности дать ей министерские посты. «Коммерсантъ» писал: «Вопрос о преемнике стал ощущаться не как схоластический, а как сугубо практический. 4 октября по Москве ползли слухи о срочной поездке Филатова и Ерина в Сочи к премьеру».

Слова Костикова о «финансовом путче» обретали новый смысл. Оголтелое общественное мнение, разъярённое «Храни Бог Америку!» Ельцина и его публичным пьянством в Германии, склонялось в пользу Черномырдина.

Между тем сам Черномырдин надувал щёки из последних сил. Как судачили в близких правительству кругах жуликов на доверии, общак на нуле, братва поиздержалась. Положение в экономике было плачевным, а главное, катастрофически росли долги по зарплате, в том числе силовикам, – их недовольством в скользкий политический момент премьер пренебречь не мог. Не мог он с такими долгами и подняться на трибуну оппозиционной Думы.

И в воскресенье в Сочи, на срочной сходке финансовой верхушки, было принято решение сыграть ва-банк. Девальвация рубля в ходе одной биржевой сессии позволяла рывком выйти из бюджетного тупика: Минфин мог выкинуть на рынок два из четырёх «нажитых» им миллиардов долларов и заработать на обвале национальной валюты 8,5 триллиона рублей, разом закрыв долги по зарплате. Доход, конечно, мутный, однако игра стоила свеч! На кону – высшая власть…

Позднее, когда улеглись страсти вокруг «Чёрного вторника», финансовое сообщество пришло к мнению, что технически девальвация рубля была проведена блестяще, а её информационное прикрытие, которое намёком на банковский след вбросил вице-премьер Шохин, оказалось удачным, отведя подозрения от истинных вдохновителей биржевого краха.

«Чёрный вторник» 11 октября 1994 года, когда курс рубля подскочил на треть, удался правительству сполна. Черномырдин через финансовые перипетии уверенно вёл свою политическую игру. Всем мозги канифолил.

Но у Ельцина была своя игра.

12 октября президент созвал Совет Безопасности, цикнул-чикнул, выразительно поиграл лицом, да так ударил в набат, что речь пошла о диверсии и заговоре. Полыхнул гранд-скандал: немедля «выправить ситуацию»! Финансовый манёвр на бирже обернулся грандиозной политической мистификацией и созданием комиссии по его расследованию.

13 октября курс доллара «силой» вернули к прежним значениям, и тарантас Черномырдина застрял, словно бричка Чичикова: правительство не погасило долги по зарплатам, Геращенко в тот же день подал в отставку.

Но цены, моментально скакнувшие в «Чёрный вторник» почти на треть, так и остались на заоблачном уровне.

За финансово-политическую драку верхов расплатился народ.

Алексея Журбу «Чёрный вторник» сначала потревожил причитаниями мамы о заметном вздорожании в магазине рыбного филе, а на малаховском рынке – требухи и говядины, даже вялой. Зоя говорила, что учителя стонут: уже и продуктовая просрочка, на которой многие жили, стала не по карману. Рассказывала, что злые анекдоты про власть, про Ельцина вывелись. «Анекдот – это же иносказание. А сейчас народ напрямую рубит, до остервенения, не стесняется. Зачем ему хитрые выдумки в обход?»