Книга Хозяйка гиблого поместья драконов, страница 65 – Лилия Тимолаева

Другой мужчина добавил:

— Три мешка зерна от дома Хальд. Под запись.

Леди Кайрис не могла отступить, не потеряв лицо.

— Дом Воррен даст доски, — произнесла она ледяным голосом. — Раз уж хозяйка Эйрен-Гарда предпочитает хозяйственные подарки.

— Предпочитает полезные, — поправила Лада. — Благодарю.

Вот теперь это была победа.

Не блестящая, не романтичная, не похожая на сказочный триумф на балу. Но в Эйрен-Гарде появятся доски, скобы и зерно. У детей будут лепёшки не на один день. Пролом у конюшни можно будет укрепить по-настоящему. Окна восточного крыла закрыть до холодов.

И всё это — при свидетелях, из рук тех, кто хотел посмеяться.

Когда музыка всё же началась, Лада почти удивилась. Она успела забыть, что это действительно бал. Пары вышли в центр зала, ткани зашуршали, свет люстр заиграл в зеркалах. Савина стояла рядом с ней уже не такой бледной. Щёки у девочки порозовели, глаза блестели.

— Вы их заставили дать припасы, — прошептала она.

— Не заставила. Напомнила, что они сами назвали себя полезными северу.

— Это было красиво.

— Это было практично.

— Всё равно красиво.

Лада хотела ответить, но перед ней остановился Аркт.

— Танец, госпожа Вейрхольд.

Зал снова начал смотреть.

Конечно.

После слов, вопросов, кубка и подарков теперь нужен был ещё один знак. Откажется — покажет неуверенность. Согласится — окажется в руках драконьего наместника посреди зала, где каждый взгляд ищет слабость.

Лада протянула руку.

— Один танец, лорд Аркт. И без покровительства.

— Разумеется.

Его ладонь была горячей, сухой, уверенной. Он вёл так, как и говорил: без суеты, без лишнего нажима, но с привычкой, что пространство уступает. Лада не знала местных танцев, однако тело Мираны, видимо, помнило шаги. Или дом через кольцо Севара помогал ей держать ритм. Музыка была строгой, северной, с низкими струнными и ясными серебряными нотами.

— Вы превратили попытку унижения в сбор припасов, — сказал Аркт тихо.

— Двор сам виноват. Не надо было давать мне публику.

— Вы понимаете, что теперь роды будут следить за вами внимательнее?

— Они и так следили бы.

— Теперь некоторые захотят, чтобы вы справились.

Лада подняла глаза.

— А вы?

Он не ответил сразу.

Они сделали поворот. В зеркале мелькнуло её серое платье, знак Эйрена, лицо Аркта, напряжённое и непроницаемое. Где-то у стены Савина смотрела на них широко раскрытыми глазами. Леди Кайрис шепталась с другой женщиной, но уже без прежней уверенности.

— Я хочу, чтобы север не погиб из-за чужой надежды, — сказал Аркт.

— Это не ответ.

— Это самый честный из возможных.

— Тогда мой такой же: я хочу, чтобы живых перестали хоронить заранее.

Его рука на её спине напряглась на долю мгновения.

— Севар сказал бы то же самое.

— Возможно. Но я сказала первой.

Аркт почти улыбнулся.

— Эйрен-Гард изменил вас быстро.

— Нет. Он просто дал мне место, где приходится быть собой громче.

Когда танец закончился, Аркт отпустил её руку и поклонился ровно настолько, насколько требовал этикет. Не больше. Но и не меньше. Это видели все.

Лада вернулась к Савине.

— Едем домой.

— Уже?

— Пока победа не успела превратиться в новую ловушку.

На выходе их догнала леди Кайрис.

— Госпожа Вейрхольд.

Лада остановилась.

— Леди Кайрис.

Женщина улыбалась. Снова красиво. Снова остро.