Книга Непокорная фрау Мельцер, страница 171 – Анне Якобс

На дороге было скользко, он чуть не упал, но в последний миг успел ухватиться за уличный фонарь. Пауль остановился на месте, тяжело дыша, рука все еще касалась холодного металла фонарного столба.

В одной витрине он увидел тень, которую сначала принял за манекен, но потом понял, что это человек. Женщина. Изящная. Темные волосы коротко подстрижены. Лицо очень бледное. Глаза большие, почти черные.

Она смотрела на него через стекло витрины, словно он был существом с другой планеты. Так продолжалось несколько минут. Мимо проходили прохожие, он услышал радостный смех молодой женщины, мужчина шутил в ответ, голоса удалялись, пролетали мимо, приходили другие. Он завороженно смотрел на Мари, которая стояла там, но была недосягаема, отделена от него толпой прохожих и толстым стеклом.

Только когда он отпустил фонарный столб и собирался сделать шаг в ее сторону, чары исчезли. Мари повернулась и пропала внутри ателье. У Пауля не хватило смелости последовать за ней.

27

— Зачем нам ехать на виллу?

— Потому что мы все вместе хотим праздновать Рождество, Лео. Теперь сядь нормально. Не сюда. Подвинься, чтобы Додо могла сесть. Хенни, перестань толкаться.

Шел снег, а у автомобиля тети Китти была крыша из ткани да еще две маленькие дырки в ней. Лео устроился в левом углу заднего сиденья и засунул озябшие кулаки в карманы куртки. Смешная меховая шапка, которую ему подарила мама, щекотала лоб. Он выглядел в ней глупо, как сибирский енот, говорила бабушка Гертруда.

Мама села с ними на заднее сиденье, она была в белом шерстяном пальто с капюшоном. Но он видел, что лицо у нее бледное и напряженное. Как глупо. Кроме тети Китти, которая все время болтала, никто не хотел ехать на виллу. Во всяком случае, не бабушка Гертруда. Может быть, Додо, она вчера сказала, что очень скучает по папе. Хенни хотела только получить подарки и обнять бабушку. А он бы предпочел остаться на Фрауенторштрассе. Уже одна мысль о встрече с госпожой фон Доберн была малопривлекательной.

Но еще больше он боялся увидеть отца. Лео и сам не мог точно сказать почему. Может быть, потому что папа в нем разочаровался. Это было невозможно изменить: что бы он ни делал – отцу все не нравилось. Но ему очень хотелось быть таким, каким его хотел видеть папа, но никак не получалось. Он был каким-то неправильным сыном. Может быть, аист перепутал его с кем-то еще и настоящий папин сын жил в другой семье? Там он, наверное, целыми днями изучает машинки и играет с металлическим конструктором. Но те родители хотели бы иметь сына, который умел бы играть на фортепиано и любил бы музыку.

— Не будь таким серьезным, Лео, – сказала мама. – Подумай, какой красивой будет большая елка в прихожей.

— Да, мама.

Теперь они расскажут ему, что бабушка Мельцер будет ужасно рада их визиту. Но он в это не верил. Если бы она так тосковала по ним, то давно бы уже приехала на Фрауенторштрассе. Вообще с бабушкой Гертрудой было гораздо приятнее. Она часто ругала их и прогоняла из кухни, когда они без спросу кушали тесто для пирога, но это было не всерьез. Ей вообще нравилось, когда дети приходили к ней на кухню. И Вальтер тоже. Он был ей так же дорог, как и остальные. Именно это больше всего нравилось Лео в бабушке Гертруде.

— А я тоже получу подарки от дяди Пауля? – интересовалась Хенни. – Или только Додо и Лео?