Книга Непокорная фрау Мельцер, страница 169 – Анне Якобс

— Если такого же рода…

— Знаешь что? – прошипела она. – Иногда мне хочется вас обоих схватить и долго трясти!

Теперь ему стало ясно, что Мари тоже сильно сопротивлялась этому рождественскому празднику. Но в конце концов она сдалась.

Не было ли разумнее сделать шаг в ее сторону, вместо того чтобы настаивать на требовании «все или ничего»?

— Ну, говори уже.

Взгляд Китти был укоризненным, и он ощутил чувство вины. Она старалась, его маленькая Китти. По-своему. Неправильно было относиться к ней так пренебрежительно.

— Я объяснила ей, что она не имеет права лишать детей отца. Я лучше всех знаю, как сильно моя маленькая Хенни нуждается в отце. Но моего дорогого Альфонса больше нет на свете. А ты, Пауль, рядом и можешь заботиться о Додо и Лео. – О чем она говорила? Он с сомнением посмотрел на нее. Конечно, она была права, очень даже. Однако он опасался, что она делает отличные от него выводы. По его мнению, Мари с близнецами должна была вернуться на виллу. – Вот почему я согласовала это предложение с Мари. Ханна будет привозить близнецов на виллу каждое второе воскресенье и забирать их вечером. Так ты сможешь провести время с обоими, сделать что-нибудь приятное для детей или просто оставить их у мамы. Как ты захочешь.

Он не сразу понял, что ему дважды в месяц, так сказать, одалживают его собственных детей. Это было неприемлемо.

— Ах, какое большое доверие! – с иронией заметил Пауль. – А что, если я оставлю обоих на вилле?

Теперь Китти смотрела на него так сердито, что он чуть не рассмеялся, но сумел сдержаться, ситуация была слишком запутанной.

— Конечно, только если ты дашь честное слово, Пауль, – с упреком добавила она.

— Кому? Мари?

— Нет. Мне!

Он был почти тронут. Китти доверяла ему. Она верила в его слово человека чести, как всегда твердо верила в своего старшего брата, когда была маленькой девочкой. Дал слово – держись и не смей нарушить.

— Мне это не особо нравится, Китти, – признался он, – мне нужно подумать. Но несмотря ни на что, я благодарю тебя. Я знаю, что ты честно старалась.

— И как!

Она встала, ловким движением поправила платье и влезла в пальто, которое он держал для нее. Затем Китти надела на голову красную шляпку, поправила эту странную штуку и наконец взяла свою сумочку.

— Ох, Пауль. – Она бросилась в его объятия. – Все снова будет хорошо. Обязательно! Я абсолютно уверена. – Это прозвучало малоубедительно, но он обнял ее и не сопротивлялся, когда она нежно поцеловала его в обе щеки. – Скоро увидимся. Позвони нам. Поговори с мамой и передавай привет от меня Лизе.

Дверь за ней закрылась, и она ушла. В комнате остались только аромат ее духов и пустая кофейная чашка, на которой были следы вишнево-красной помады. Пауль достал носовой платок и подошел к зеркалу, чтобы вытереть следы поцелуев со своих щек. Она одинока, подумал он. С тех пор как Альфонс умер, ей не хватает надежной опоры.

Вполне возможно, что время от времени она влюбляется, но это все несерьезно. И с той жизнью, которую она ведет, вряд ли ей удастся встретить кого-нибудь, с кем она могла бы чувствовать себя счастливой и защищенной. Мне нужно позаботиться о ней… Он также должен был заботиться о Лизе. О своей матери. О фабрике. О своих рабочих и работницах. О вилле. О сотрудниках.