Книга Дочь драконов для змеиного князя, страница 104 – Екатерина Антонова, Бетти Алая

Папа что-то бормочет себе под нос, но его пыл, кажется, слегка угасает под весом чистейшей логики и моего невозмутимого вида.

В этот момент Марья берёт ситуацию в свои ловкие руки. Она осматривает нашу слегка потрепанную компанию.

— Так, — говорит твердо. — Горан — в дальнюю спальню, там тихо. Богдан — на раскладушку в кабинете. — Взгляд подруги останавливается на нас с Владом. — А вы двое… раз уж вы истинные, вам вторая спальня наверху. Там кровать широкая.

Мой отец издаёт звук, будто его внезапно ударили в солнечное сплетение. Он низко рычит.

— ТОЛЬКО ЧЕРЕЗ МОЙ ТРУП! — гром его голоса заставляет вздрогнуть. — Моя дочь и этот… в одной комнате?! В одной постели?! Я буду дежурить под дверью!

Уже собираюсь парировать, но меня опережает мама. Она подходит к папе и кладёт свою изящную ладонь ему на сжатый кулак.

— Али, милый, — говорит она медовым голосом. — Если они истинные, то рано или поздно у нас появятся внучата-драконята. — Мама делает паузу. — А я, знаешь ли, уже давно присмотрела себе образ элегантной бабушки. Не лишай меня этой радости.

Эффект потрясающий. На лице моего отца быстро сменяются выражения: ярость, недоумение, паника, осознание и, наконец, полная, абсолютная капитуляция перед неопровержимой женской логикой.

Он отводит взгляд, бубня что-то неразборчивое, и отступает к камину. Даже угрюмый Драган кряхтит, пряча улыбку.

Комната под крышей и правда уютная. Пахнет деревом, сушёными травами и покоем. Дверь закрывается, и наконец-то нас ничто не отвлекает друг от друга. Здесь только мы.

В темных глазах Влада я вижу ту же усталость, ту же потребность сбросить напряжение прошедших дней. Ни слова не говоря, мы начинаем раздеваться. Одежда, пропахшая дымом, порохом и страхом, падает на пол кучкой тряпья.

Ванная тесная. Впритык на двоих. Идеально. Я включаю воду, на нас обрушивается поток воды, смывая пыль и грязь.

Сначала мы просто стоим под струями лоб ко лбу, дышим паром. Затем я беру мыло и намыливаю своего истинного.

Начинаю с его широкой, испещрённой старыми шрамами спины. Мускулы под моими пальцами твёрдые, как скала, но они отзываются лёгкой дрожью на каждое прикосновение.

Я втираю пену в его плечи, вдоль позвоночника, чувствуя, как под кожей проступает лёгкая, мерцающая синевой чешуя — реакция на мои касания. Он тихо стонет, и этот звук вызывает у меня спазм внизу живота.

Мой дракон берёт гель и медленно, с невыносимой тщательностью намыливает меня. Его прохладные ладони скользят по моей талии, обхватывают грудь, задерживаются на сосках, которые мгновенно наливаются и твердеют.

Я закрываю глаза. Влад опускается ниже, намыливает живот, бёдра, и мои ноги становятся ватными. Истинный пальцами ныряет между моих ног, натирает нежнейшую горящую плоть, и я сдавленно вскрикиваю. Перед глазами пляшут звезды.

— Теперь я, — хрипло шепчу.

Опускаюсь на колени перед своим драконом. Внутри меня полыхает ад. Я смотрю снизу вверх, встречаю его горящий синим огнём взгляд. От меня исходит жгучее, властное, порочное желание.

Мне нужно это. Нужно почувствовать его вкус, его власть, доказать ему и себе, что он жив, что он здесь.

Я обхватываю член рукой. Огромный, твёрдый. Бархатная кожа натянута на головке. Облизываю губы, чувствуя, как сердце колотится быстро-быстро, и беру его в рот.