Книга Мой хвостатый избранный, или Курс на Бездну, страница 71 – Айштария Райс

Её текриды были уложены сложно и высоко, часть собрана, часть спадала по спине и плечам плотными живыми жгутами. Между ними мерцали жемчужные нити, светящиеся пластинки, тонкие подвески. Всё в ней было про власть, которая не нуждается в объяснениях.

По обе стороны от неё на тронах поменьше расположились трое её мужей.

Ни один не пытался затмить королеву, но каждый был достаточно заметен, чтобы показать собственный вес. У одного текриды были почти чёрными. У второго — красновато-медные текриды, уложенные сложными кольцами. У третьего — длинные текриды почти до поясницы цвета морской травы. Вероятно, их хвосты соответствовали оттенку их «волос». Мне почти было интересно. Конечно, мужчины были красивы, все разные. Всё же многомужество весьма удобная штука — муж по настроению. И всё официально! Мысли унесли меня в другие степи. Стал неловко перед Арианом. Встряхнулась.

Чуть ниже, по боковым уступам, сидели фавориты и наложники — прекрасные, расслабленные, внимательно следящие за происходящим, как существа, привыкшие существовать рядом с властью и не бояться этого.

По правую руку от королевы стояли её дочери. Уже взрослые, с мужьями за плечом. В каждой угадывалось сходство с матерью: взгляд, посадка головы, уверенность в собственной крови. И всё же, когда я перевела взгляд на Ариана, стало очевидно, что родовое сходство между ним и правящей линией даже сильнее. Неудивительно, что его невозможно было спрятать или выдать за кого-то другого.

Встречающая сторона выглядела очень многочисленной. И всё для меня одной, сухопутной.

По обе стороны от трона держались приближённые — тоже в двуногой форме, тоже в слоях ткани, перламутра, металла и света. Мужчины носили длинные свободные туники с разрезами и поясами, без всякой сухопутной нелепости вроде брюк. Логично: если твоя “ходячая” форма — временный режим, швейная мысль быстро идёт в более разумную сторону. Женщины были одеты сложнее: драпированные лифы, короткие верхние накидки, полупрозрачные рукава, открытые, но украшенные плечи, нити на бёдрах и щиколотках, светящиеся узоры на коже. Ни одна не выглядела раздетой. Их одежда не копировала человеческую скромность, но прекрасно выполняла главную задачу любой придворной моды: сообщала всем окружающим, кто здесь кто.

За водной стеной придворных было ещё больше.

Там мерцали хвосты — синие, лиловые, тёмно-зелёные, серебристые, почти чёрные с неоновыми прожилками. Светились текриды, двигались украшения, отражались кристаллы. И все — буквально все — смотрели на меня.

Я почувствовала это кожей. Не просто гостья. Не просто женщина.

Не просто та, чья искра откликнулась Ариану. Я была нарушением привычного порядка.

Рядом со мной остановился Ариан. Теперь тоже двуногий, босой, в тёмной тунике, с заплетёнными золотистыми волосами, он на фоне этого глубинного великолепия казался ещё более чужим. И почему-то именно сейчас, здесь, среди всех этих сияющих придворных, рогатых венцов, водных ярусов и намеренно осушённого зала, я особенно остро поняла, сколько в его сдержанности было не характера, а выученной осторожности.

Тишина длилась ровно столько, сколько требовал их ритуал.

Я успела выпрямить спину, выровнять дыхание и напомнить себе, что за плечами у меня флот, академия, бои, шторм, императорское поручение и слишком длинный список причин не позволить никому считать меня растерянной девочкой, даже если передо мной сидит подводная королева в рогатом венце.