Книга История дворца Куньнин. Книга 1, страница 78 – Ши Цзин

— Что ты сейчас сказала? – растерялся Цзян Бою.

— Ты… – приподнялась с места госпожа Мэн.

Цзян Сюэхуэй тоже опешила и в изумлении уставилась на девушку.

— Сестрица Нин…

Та едко усмехнулась. Ей вдруг вспомнилась матушка Вань, и она без малейшей учтивости бросила:

— Не думай, что делаю тебе одолжение. Просто я не хочу во дворец: не выношу строгих порядков. Если в будущем мне что-то из твоего приглянется, не сомневайся, все равно отберу.

Цзян Сюэхуэй молча смотрела на нее, однако та уже перевела взгляд на родителей:

— Отец, матушка, если на этом все, я откланяюсь.

Глава семейства с госпожой Мэн не ожидали такого исхода и поначалу даже не поняли, что произошло, но теперь испытывали смешанные чувства: оба были уверены, что Нин устроит сцену, а та безропотно уступила. Им даже стало немного стыдно за себя.

— Да-да, можешь идти, – поспешно сказал Цзян Бою.

Вторая барышня без промедления вновь поклонилась и вышла. В комнате остались трое, каждый со своими мыслями. Провожая взглядом стройную фигуру, почти исчезнувшую в глубине галереи, Цзян Сюэхуэй медленно улыбнулась и тихо сказала матери:

— На самом деле у сестрицы Нин… очень мягкое сердце.

Госпожа Мэн промолчала, а Цзян Бою умилился и с чувством вздохнул:

— Какая же Нин рассудительная… Даже непривычно. Видно, и впрямь выросла: и о родителях думает, и сестре уступает.

Хорошо еще, Цзян Сюэнин не услышала этих слов, а то, пожалуй, расхохоталась бы. Все подумали, что вторая барышня отказалась от редкой возможности попасть во дворец из доброты, и никто не подозревал: она туда вовсе не собиралась.

Выйдя из комнаты, девушка едва не пустилась вприпрыжку. Лянь-эр с трудом поспевала за ней и, задыхаясь, восклицала:

— Да что с вами такое, барышня? Это был шанс попасть во дворец и стать соученицей принцессы! Полгорода лезет из кожи вон, чтобы туда пробиться, а вы просто взяли и уступили!

— Вот уж глупостью было бы самой туда соваться! – фыркнула Цзян Сюэнин.

Что хорошего во дворце? Там ведь даже сидеть, стоять и лежать можно было только по правилам. Никаких привилегий соученицам принцессы, отобранным среди дочерей чиновников и вельмож, не полагалось. Даже императорские наложницы боялись вымолвить лишнее слово или шагу ступить без позволения. Цзян Сюэнин успела познать все тонкости придворной жизни. Благо потом, став императрицей, она больше не оглядывалась на чужое мнение.

А каково же ей было учиться вместе с принцессой? Блистательная всезнайка Сяо Шу подавляла одним своим присутствием. Принцесса Лэян, чья неразделенная любовь к мнимому юноше переросла в ненависть, придиралась из-за любой оплошности и не выпускала за пределы дворца. Но страшнее всего то, что два предмета преподавал Се Вэй. Тогда Цзян Сюэнин с ним еще не враждовала и наставник ее не притеснял, однако в этой жизни им лучше не сталкиваться! А уж от взгляда, которым ее одарила принцесса Лэян в усадьбе Цинъюань-бо, до сих пор мороз по коже. К тому же при дворе часто бывает Янь Линь. Добровольно туда соваться – все равно что смерти искать.

Когда родители выбирали, кого отправить, и старшая сестра сидела рядом, Цзян Сюэнин не захотела доставлять ей удовольствие, потому и тянула с ответом. Правда, результат ее удивил: все почему-то решили, что она поумнела. Ну и пусть. Это не самое страшное. А придется ли Цзян Сюэхуэй страдать, если она окажется во дворце, – ей-то какое дело?