Книга Серый кардинал империи: Путь в чины, страница 204 – Dimash Suleimen

Закончив, мастер спрятал кисть и, не удостоив хозяина даже взглядом, зашагал прочь. Опешивший Носов окликнул его: — Брат Семен! Картина чудесная, но… что она значит? — Ровно то, что видишь, и ничего более, — холодно бросил Семен Вениаминович.

Носов в недоумении почесал двойной подбородок: — Ну, «Икара, летящего к солнцу», я знаю. Но зачем же было рисовать под ним свинью? Это ведь… как змее лапы пририсовывать, не так ли? — он даже загордился своим знанием идиом.

Семен Вениаминович обернулся и усмехнулся: — Ты видишь «Одиночное поклонение», а я нарисовал «Двойное». Сверху Икар взирает на солнце — это классика. А снизу… свинья смотрит на Икара. Называется: «Свинья-эксперт поклоняется Икару». Теперь понял?

Это не только имя собственное в названии картины, но и официальное название должности «старшего эксперта» в ломбарде. Назвав картину так, Семен Вениаминович открыто обозвал господина Носова «свиньей-оценщиком».

Толпа взорвалась хохотом. Все знали, что Носов поднялся на ростовщичестве и беспощадном занижении цен. Его эксперты превращали золото в мусор, выплачивая людям жалкие гроши. Горожане ненавидели его, и теперь с упоением издевались над покрасневшим от стыда богачом. Носов, спотыкаясь о порог, в ужасе бежал внутрь своего заведения под свист и улюлюканье.

Алексей наблюдал за этим издалека, но ему было не до смеха. Глядя на спину уходящего мастера, он, кажется, понял истинную причину всех жизненных неудач этого гения.

На следующий день Алексею спешить было некуда. Он провалялся в постели до самого полудня, наслаждаясь редким моментом покоя, и только к обеду выбрался к столу. Степан уже ждал его с новостями: заходила Глаша и передала, что Семен Вениаминович сдержал слово. Он навестил дом Ивановых, признал свою «ошибку», и инцидент был исчерпан. Отец Глашы и остальные эксперты теперь вне подозрений.

Алексей сидел у стола в накинутом на плечи халате, помешивая горячую кашу. — Интересно, — пробормотал он, глядя на пар, — пойдет ли теперь наследница Иванова на мировую с конкурентами?

Степан, как обычно, мало что понял из рассуждений друга, но слушал с тем самым вниманием и преданностью, за которые Алексей его и ценил. Степан был идеальным слушателем: всё впитывал и ничего не выносил за порог. — Знаешь, — вздохнул Алексей, обхватив ладонями теплую чашку, — раньше я гадал, какой должна быть госпожа, чтобы воспитать такую преданную девушку, как Глаша. Теперь я вижу: наследница Ивановых обладает великим талантом. Будь она мужчиной, её имя гремело бы в истории.

— Так её дело и сейчас не назовешь маленьким, — резонно заметил Степан. — Раньше дом Ивановых знали только в пределах нашего города, а под её началом они стали заметными игроками во всей области. Степан редко кого хвалил, но об успехах этой девушки говорил с нескрываемым уважением. Многие ждали, что после смерти матери она пустит семейное состояние по ветру, но она лишь укрепила империю.

— И какой в этом толк? — Алексей вдруг почувствовал странный укол беспокойства при упоминании «наследницы Ивановых». Он быстро склонился над тарелкой, пряча лицо. — Всё равно ведь в итоге всё перейдет кому-то другому. Он сам удивился своим словам: «С чего это я вдруг заговорил как старый консерватор?»