Книга Серый кардинал империи: Путь в чины, страница 175 – Dimash Suleimen

Старший надзиратель заискивающе улыбнулся: — Там внутри еще один малец валяется, его тоже к вам вынести?

Алексей кивнул: — Будьте так добры.

Вскоре двое дюжих молодцев вытащили под руки Саню. Вид у «третьего барина» был такой, словно по нему прошагал полк тяжелой кавалерии: лицо серое, взгляд отсутствующий, ни жив ни мертв. Алексей невольно подумал: «Это ж как его тут „приветствовали“, что он в такое бревно превратился?»

Заметив любопытство в глазах Алексея, надсмотрщик поспешил объясниться: — Да хлипкий он больно, барин! От страха затрясся, полдня едва сдюжил, а как до вечера приналегли — так и вовсе завял. Ноги не держат.

Слова звучали так, будто за ними скрывалось что-то еще, о чем приличным людям знать не положено. Алексей посмотрел на жалкого Саню и понял: надзиратель не договаривает, но копаться в этой грязи не хотелось. Он велел троим побитым задирам подхватить Саню и убираться восвояси. Ни единого слова нравоучения он им вслед не бросил — жизнь уже всё сказала за него.

Покинув пристань, Алексей первым делом отправился к мосту Болконского, в лавку к тетке Марфе и дяде Еремею. Те приняли его с распростертыми объятиями. Дядя Еремей рассмеялся: — Мы уж волновались, как вы там в старом доме обустроитесь. Я комнату вашу каждый день проветривал, ждал, когда вернетесь!

Алексей быстро перевез нехитрый скарб — книги, пару кафтанов да подушку. К обеду уже всё было расставлено по местам. Тётка Марфа превзошла себя: на столе дымилась похлебка из черной курицы — считалось, что она лучше всего «питает мозг» перед экзаменами. Алексей пытался отнекиваться, мол, к чему такие траты, но дядя Степан только отмахнулся: — Раньше денег не было, а теперь дела пошли — грех будущего чиновника не подкормить!

Не успел Алексей доесть, как во дворе раздался зычный голос Николая: — Алексей! Ты тут?

Видать, все наставления Андрея о «Косноязычном» вылетели у парня из головы. Николай ввалился в комнату, и тётка Марфа тут же сунула ему миску супа. Тот, не чинясь, принялся уплетать за обе щеки. Наевшись, он громко икнул и сообщил: — Ну всё, народ начал «В пятерки сбиваться». Я боялся, что ты проспишь и в группу не попадешь. Нашел еще троих из нашего рода, в час идем к уездной управе — будем поручительство подписывать.

Историческая справка: «Круговая порука пяти» Чтобы не допустить на экзамен случайных людей или шпионов, в те времена вводилась жесткая система: пять кандидатов из одного уезда должны были гарантировать честность друг друга. Если хоть один оказывался «липовым» или нарушал правила — на каторгу или под палку шли все пятеро.

Был и другой путь — найти Личного Поручителя из числа заслуженных ученых. Но это было еще опаснее: если ученик проваливался со скандалом, ученый лишался всех званий и жалованья.

Постучаться в дом к заслуженному ученому в такую пору — задача почти невыполнимая. Если он не знает твою подноготную до седьмого колена или не связан с тобой нерушимым обязательством, то не согласится на поручительство даже за гору золота. Слишком уж велика цена ошибки. Поэтому большинство выбирает путь «круговой поруки пяти». Благо, род Морозовых велик: на каждый уездный экзамен выходило по дюжине человек. Все — братья, хоть и четвероюродные, так что лучшего варианта и не найти.