Книга Запрет на браки в Чосоне. Том 3, страница 48 – Чхон Чжихе

— Отпустите!

Соран вырывалась, но стража держала ее железной хваткой.

Синвон попытался преградить им путь, служащие Королевского сыскного ведомства и стража Внутреннего дворца встали друг против друга.

— Мы исполняем приказ свыше. Не стойте у нас на пути.

Увидев, как в глазах Синвона поднимается буря, Соран положила руку ему на рукав и спокойно сказала:

— Синвон, не горячись. Сначала доложи Его Величеству о том, что здесь произошло.

Сейчас ее обвиняли в обмане короля. И единственный, кто мог доказать обратное, был сам король.

— И еще… – Соран запнулась, но заставила себя договорить: – Позови моего отца.

Чтобы доказать, что она и есть Е Хёнсон, требовалось вызвать ее отца – Е Хёнхо.

Отец. Семь лет она не видела его лица. Но теперь… только он мог вытащить ее из этой ловушки. Только он мог сказать: «Да. Это моя дочь».

— Хорошо, – кивнул Синвон. Он понимал, что значило это решение.

До сих пор Соран скрывала свое имя, опасаясь навредить отцу, но час откровения настал.

Тем временем госпожа Со, находившаяся под стражей в тюрьме Королевского сыскного ведомства, по-прежнему отрицала все обвинения.

— Нефритовые заколки? Не видала и не слыхала о таких.

Служанки внутреннего дворца хором твердили одно и то же: украшения, мол, им передала придворная дама Чхве, а с госпожой Со они никогда даже не встречались. Ха, если все будут так слаженно отпираться – допрос ничего не даст.

К решетке ее камеры подошел один из офицеров, тайно назначенных министром Чо следить за ходом расследования. Убедившись, что поблизости никого нет, он шепнул:

— Соран явилась на отбор и устроила переполох.

— Что?!

— Заявила, будто она и есть настоящая Е Хёнсон.

«Невозможно!» – В глазах госпожи Со вспыхнул гнев.

— В конце концов, министр Чо вмешался лично и все уладил. Ваша дочь снова допущена к отбору, а Соран увела стража внутреннего дворца.

— Правда?

Даже эта весть не принесла ей облегчения. Хёнхи едва не раскрыли. Пока правда еще может всплыть – говорить о победе рано.

— Поэтому, – добавил офицер, – господин Е уже направляется сюда.

Голос госпожи Со взвился, и она тут же поспешно понизила его:

— Сам господин Е?

Тело ее задрожало, словно осиновый лист.

Все эти годы господин Е был уверен: Соран сбежала со слугой, опозорив семью. Поскольку признать, что старшая дочь потеряла целомудрие накануне свадьбы, означало бесчестье для всего рода, госпожа Со настояла: отныне звать Хёнхи именем Хёнсон и выдать замуж вместо той.

Господин Е колебался, но свадьба была назначена на следующий день – отменить ее значило вызвать скандал. И он скрепя сердце уступил. С той поры ему ничего не оставалось, кроме как называть Хёнхи именем своей старшей дочери.

Он часто вспоминал настоящую Хёнсон, но госпожа Со без устали настраивала его против нее, называя бесстыдницей, опозорившей род. И в конце концов она добилась, чтобы Хёнхи под именем Хёнсон отправили во дворец. Все держалось лишь на одном – на незнании.

Но если сегодня, спустя семь лет, он снова увидит родную кровь – что тогда? Все рухнет. Вся ее ложь, вся выстроенная история превратятся в прах.

— Этого нельзя допустить. Ни за что… – прошептала госпожа Со; лоб у нее был мокрым от холодного пота.

В этот миг стражник распахнул дверь.

— К-куда вы меня ведете?