Книга Развелась, открыла, отравила (почти), страница 15 – Зоя Берг

— Игорь…

— Дай скажу, — не громко, без нажима. — Я понимаю, что я облажался. Понимаю, что поздно, понимаю что ты все решила. Но я хотел чтобы ты знала — я скучаю. По тебе. Не по жене, не по хозяйке — по тебе. По тому как ты считаешь в уме быстрее чем я в экселе. По тому как ты злишься и печешь. По тому как…

Дверь распахивается. Влетает Маша. Зинаида Петровна — за ней, чуть медленнее, но с тем же энтузиазмом.

— Вера Андреевна! — Маша тычет телефон. — Смотрите! Пень напечатал статью!

Я смотрю на экран.

«Сосновский вестник», свежий номер — онлайн-версия. Редактор этого великого издания Аркадий Пень освоил интернет года три назад и с тех пор считает себя медиамагнатом. Заголовок: «Тайна торта: следствие топчется на месте, пока улики исчезают».

— И что? — говорю.

— Вы читайте! — Маша листает вниз.

Я читаю.

Пень пишет про банкет, про отравление, про Веру Зимину — «молодой предприниматель с туманным прошлым» — вот же старый хрыч, уж кто-кто, а он моих родителей отлично знает. Дальше — про следствие, про Грача, который «не торопится». И потом…

Я перечитываю абзац. Потом еще раз.

— Зинаида Петровна, — говорю медленно.

— Да, Верочка.

— Вот это, — я показываю на экран. — Он пишет про порошок. Про то, что «вещество было добавлено в крем точечно, в нижний ярус». — Поднимаю взгляд. — Грач мне этого не говорил. Откуда это у него? Эта информация?

Зинаида Петровна кивает. Серьезно, без торжества.

— Именно, — говорит она. — Откуда Аркадий Пень знает про нижний ярус?

Тишина.

— Это мог знать только тот, кто был там, — шепчет Зинаида. — На кухне. Рядом с тортом.

— Или тот, кому рассказал тот, кто был там, — говорю.

— Или тот, кто подсыпал! — вопит Маша. — Ну все, теперь мы точно дело раскроем!

— Срочно к нему, — говорит Зинаида Петровна. — Пока он не опомнился.

Я встаю. Смотрю на Игоря. Он сидит тихо — слушал все, не перебивал. Смотрит на меня с выражением, которое я не успеваю разобрать.

— Иди, — говорит. — Разберись.

— Я и без разрешения иду, — говорю.

— Знаю, — встает. — Я в гостинице буду. Решил пока там, не у мамы.

Я беру ключи.

— Мусс, — говорю, — следи тут пока за всем. Никого не впускай, никого не выпускай!

Мусс смотрит на меня. Потом на дверь. Потом снова на меня.

Ничего не обещает.

Редакция «Сосновского вестника» находится в двухэтажном доме на Лесной улице — там же, где раньше была сберкасса, потом нотариус, потом полгода ничего, и вот уже двенадцать лет — Аркадий Пень и его журналистская империя.

Табличка на двери: «Редакция. Прием граждан по вторникам и четвергам».

Сегодня среда. Но Зинаида Петровна открывает дверь без стука.

Пень сидит за столом, заваленным бумагами, с видом человека, которого мы уже немного напугали, хотя он еще не успел испугаться по-настоящему. Ему почти шестьдесят, очки на носу, пиджак с засаленным воротником. На стене — распечатанные полосы старых номеров и фотография Пня с кем-то важным, год, судя по качеству снимка, примерно две тысячи третий.

— Верочка! — говорит он, и голос у него становится сразу на три тона теплее. — И Зинаида Петровна! Вот так неожиданность! Присаживайтесь.

— Аркадий Борисович, — стою, не сажусь. — Статья.

Теплота убывает.

— Что — статья? Я журналист. Работаю.

— Откуда вы знаете про нижний ярус?