Книга После развода. И не друг, и не враг..., страница 55 – Анна Варшевская

— Лара… — выговаривает хрипло.

— Не надо, — качаю головой. — Сейчас не надо ничего говорить. Просто съезди к ней. Сегодня. Или завтра. Но не тяни. И… — голос на секунду всё-таки подводит, приходится прочистить горло. — Если понадобится, я расскажу тебе всё. С самого начала. Что тогда было и что не было. Но сначала просто поезжай к матери.

Константин

Лара смотрит на меня ещё пару мгновений, словно проверяет, понял ли я вообще хоть что-то из сказанного.

Я молчу.

Честно говоря, в этот момент я вообще не уверен, что способен говорить.

Она коротко вздыхает, как будто окончательно принимает какое-то решение.

— Пансионат «Сосновая роща», — говорит уже спокойно, деловым тоном. — От города на север по старой трассе, адрес легко найдёшь в интернете, он такой один, не перепутаешь. Там отделение с медицинским наблюдением. Я позвоню, предупрежу на посту, чтобы тебя пустили без вопросов.

Я всё ещё стою, не двигаясь.

— Лар… — начинаю снова, ещё не зная, что именно хочу сказать.

Но она опять качает головой.

— Не сейчас.

Говорит это тихо, устало.

Потом поворачивается к двери и добавляет почти через плечо.

— Съезди к ней, Кость. Просто съезди.

И не дожидаясь моего ответа, выходит из кабинета, мягко, бесшумно прикрывая за собой дверь.

Я смотрю на неё ещё несколько секунд, как идиот, словно жду, что она сейчас откроется снова, Лара вернётся, закатит глаза, скажет своим привычным тоном что-нибудь едкое — и всё наладится и станет как-то проще. Хотя ничего, конечно, проще не становится.

Не возвращается.

Медленно выдыхаю и с такой силой провожу ладонями по лицу, что кожу начинает жечь. Потом ещё раз. Толку ноль.

Чёрт.

Какой же я всё-таки мудак.

И не из-за матери даже. То есть и из-за неё тоже, конечно, но сейчас меня накрывает не этим. Накрывает тем, что я опять сорвался. Опять полез туда, куда не имел права. Опять увидел возле Лары какого-то мужика — и у меня в голове мгновенно перемкнуло, словно мне двадцать лет, а не сорок с хвостиком, и я не главный врач, а тупой ревнивый самец, как она совершенно справедливо выразилась.

Обиженный самец.

Да уж.

Криво усмехаюсь сам себе, а потом со злостью, не удержавшись, бью кулаком по столу так, что документы слегка подскакивают.

Потому что правда. Всё правда.

Вчерашний вечер вспоминается с такой отчётливостью, словно это не половину суток назад было, а не больше получаса прошло. Я тогда сидел в кабинете в том состоянии, когда голова работает, но внутри потряхивает. Думал о том, как Лара меня выставила. После того, как влепила пощёчину — вообще, если уж на то пошло, вполне заслуженно. Я же у неё дома повёл себя как последний кретин.

Нет, сначала всё было почти нормально. Настолько нормально, насколько может быть между двумя бывшими супругами. Я приехал, потому что не мог не приехать. У меня в башке уже давно ничего не работает как следует, если дело касается Лары. Я думал, поговорим. Ну да. Конечно. Поговорим. Как же.

А потом меня понесло.

Потому что я, стоило мне прийти работать сюда, в эту больницу, увидел этого её терапевта у неё в кабинете. И вдруг с пугающей ясностью осознал, что у Лары действительно может быть кто-то ещё. Не в теории — а вот так, в реальности. Мужчина, который знает, какой она пьёт кофе. Мужчина, который целует её в висок, обнимает. Мужчина, с которым она… ложится в постель.