Книга После развода. И не друг, и не враг..., страница 1 – Анна Варшевская

Любой врач знает: дежурство началось тихо? Жди какой-нибудь дряни.

Я прохожу по родильному отделению, расположенному в одном из корпусов многопрофильной больницы, и очень надеюсь, что примета сегодня не сработает. Если ожидать — обязательно что-то случится. А у меня подходят к концу сутки и очень хочется уже поехать домой, упасть в постель и выспаться.

Ночь проходит подозрительно спокойно: ни одной экстренной, даже в патологии девчонки спят, словно по заказу.

— Тишина-то какая… — тянет молодая акушерка у поста.

— Молчи! — тут же рявкает на неё старшая, и девушка вздрагивает. — Накликать хочешь?

Покачав головой, беру стопку историй и решаю пройтись по своим ответственным до обхода. Одна ревёт из-за отёков — проснулась утром, а пальцы на ногах не сгибаются. У другой крупный плод, переживает, что «не пролезет», а кесарево не хочет. Стараюсь говорить спокойно, шучу, чтобы сбить напряжение, а сама думаю: слишком всё ровно, слишком.

В ординаторской привычно пахнет кофе и антисептиком, кто-то не убрал бутылёк после обработки. Старшая акушерка заносится со своими бумажками.

— Лариса Александровна, анестезиолог звонил, спрашивает, как по расписанию завтра?

— Скажите, что у нас свои часы. Пусть не путают, — подписываю истории и не поднимаю головы. — Марина, я уйду сразу после обхода, вызывают в административку.

— Нового главного представлять будут? — понимающе кивает старшая, наклоняется ко мне, явно желая поделиться сплетней — или самой узнать новую. — Слухи ходят, что всё-таки варяг будет…

— Сплюнь, — вздыхаю, покачав головой.

Главный врач «со стороны» — или варяг, как у нас называют таких, кого присылают назначением сверху — это всегда риск. Человек не работал в больнице, не знает процессов и проблем изнутри… Ладно. Будем надеяться, что пронесёт.

Перед тем, как выйти из своего кабинета, задерживаюсь у окна: внизу, в небольшом сквере, беременные медленно гуляют под солнцем, смеются с мужьями или теми, кто пришёл их навестить. Такая спокойная картинка, что от неё только тревожнее.

В актовом зале душно. Заведующие переговариваются, спорят про закупки и проверки. Я сажусь у прохода, киваю хирургу и кардиологу, но молчу — ни к чему долгие разговоры. Да и устала.

На трибуну выходит представитель департамента. В руках папка, голос торжественный, как на школьной линейке.

— Коллеги, я рад сообщить вам, что сегодня мы официально представляем вам нового главного врача! — начинает чересчур уж радостно.

Ловлю ненавидящий взгляд начмеда по хирургии, первого зама. Он-то надеялся, конечно, на это место. Но увы — в медицине интриги тоже никто не отменял. Даже наоборот. У нас это всё ещё круче.

Зал реагирует не тишиной, но сдержанным гулом. Я тоже жду, сердце почему-то бьётся слишком быстро. Нет, уже ничего не должно случиться. Ведь дежурство фактически закончилось…

— Итак, представляю вам Константина Альбертовича Тейхмана! — звучит в зале.

Я чувствую, как у меня замирает дыхание. Нет сил сделать вдох. Раздаётся лёгкое поскрипываение — это стулья, которым тут уже двадцать лет в обед. Коллеги оборачиваются на меня, кто-то с любопытством, кто-то с явным подозрением.

Боковая дверь распахивается, и в зал уверенным шагом входит высокий мужчина. Поднимается на трибуну, пожимает ладонь представителю департамента здравоохранения. Окидывает зал строгим взглядом и останавливает его на мне. Всего лишь на секунду.