Книга После развода. И не друг, и не враг..., страница 10 – Анна Варшевская

О-о, я знаю эту интонацию. С помощью неё Костя мог добиться практически всего… особенно среди коллег женского пола.

— Мы, врачи, режем по живому, — тем временем продолжает своим бархатным баритоном мужчина, улыбается. — Поэтому я уж честно, так сказать, без прикрас…

— Ох, ну что вы, Константин Альбертович, — заливается женщина тем самым грудным смехом, который я услышала от входа. — Наоборот, как же приятно, когда кто-то называет вещи своими именами, без увёрток!

Смотрю на это и меланхолично размышляю — если они поженятся и родят ребёнка, наверняка младенец будет требовательно орать в родзале басом, а не попискивать и не плакать, как мяукающий котёнок.

Ох, Лара, ну что ты в самом деле… как бы ни кричал. Лишь бы не тишина.

Чувствую, как сердце привычно и туго сжимается, как сдавленное тисками.

Я-то знаю, какой страшной бывает эта тишина…

— Лариса Александровна? — вырывает меня из мыслей голос. — Всё в порядке?

Поднимаю взгляд на Константина, который внимательно смотрит на меня.

— Да, разумеется, Константин Альбертович, — киваю сухо. — Просто у нас сегодня с утра была необследованная отслойка. И тяжёлых двое.

— Что там с отслойкой? — хмурится главный, тут же перейдя на рабочий тон.

— Справились, — киваю, не вдаваясь в подробности.

— Ну что ж… хорошо, тогда теперь к вашей докладной, — мужчина открывает тонкую папку, которую я ему принесла. — Ирина Сергеевна, прошу вас посмотреть на эти выкладки. Родильное отделение не укомплектовано в достаточной степени кувезами… — начинает зачитывать, сводя брови и хмурясь.

Список выходит длинный. Я действовала по принципу: проси максимум плюс ещё один. Тогда есть шанс, что дадут хоть что-то.

Конечно, получить всё нереально. Но…

— Ну, Константин Альбертович, ваша сотрудница, конечно, размахнулась, — тянет Ирина Сергеевна, кидая на меня взгляд, который сквозит лёгкой насмешкой. — Вы же понимаете, что это нереально!

— Лариса Александровна — заведующая родильным отделением, — мягко поправляет женщину главврач. — И она как раз понимает все нехватки, от самого высокотехнологичного оборудования до последнего ведра в санитарной комнате.

— Ну что ж, — теперь она смотрит на меня с недовольством. — Тут, конечно, надо думать!

— Давайте подумаем, — кивает Константин.

— Почему бы нам не попробовать обсудить это всё в более неформальной обстановке? — внезапно улыбается Ирина мужчине, оттягивает рукав на запястье, демонстрируя дорогие часы, кидает на них нарочитый взгляд. — Всё-таки рабочий день уже закончен.

Фу, как топорно, — думаю про себя. Настолько хочется затащить его к себе в постель сегодня вечером?

С другой стороны, а мне-то какое дело?

— Прошу меня извинить, — встаю с места. — Мне нужно вернуться в отделение, у меня там…

Мобильный вибрирует в кармане, и я, увидев номер старшей акушерки и извинившись, под взглядами Тейхмана и Ирины отвечаю на звонок.

— Да, Марина Анатольевна? — прижимаю мобильный к уху.

Главврач подбирается, смотрит внимательно — узнал имя старшей акушерки. А вот Ирина сидит со слегка недовольным и чуть снисходительным выражением на лице. Мол, знаем-знаем мы все ваши звонки и якобы «срочные» вызовы.

— Лариса Александровна, у нас беременная, сороковая неделя по карте, — чёткий ровный голос Марины, но я по тону слышу, что всё не просто так. — Давление сто восемьдесят на сто пятнадцать, туман перед глазами и боль под правым ребром.