Книга Два сплетенных венца, страница 178 – Рейчел Гиллиг

Элм и Айони вошли в комнату, держа в руках последние Карты Колоды: Косу, Деву и Две Ольхи. Никто из них не был под влиянием Девы, но мне они показались столь прекрасными, что это даже пугало. Взгляд Элма бегал между Хаутом и Кошмаром, его зеленые глаза сузились.

— Ты знаешь, что должен сделать? – спросил его Кошмар.

Элм кивнул.

Кошмар поймал его руку и вложил в нее рукоять своего меча.

— Тогда это твое. Все это.

Элм взял меч. Вгляделся в глаза Кошмара.

— Ты не останешься?

— Я должен вернуться. – Он бросил последний взгляд на мерцающие огоньки Карт Провидения, ради которых он жил, проливал кровь и умирал. – Они ждут меня.

Он отвернулся и покинул комнату.

Пока они бежали к комнате с камнем, Айони рассказала ему, что должно произойти дальше. Элм стоял напротив Хаута, и они наконец сравнялись: один – охотник, а другой – лисица, до того уставшая быть добычей, что сама расставила силки.

Клинок Короля-пастуха идеально лег в руку Элма, его гравированная рукоять впечаталась в линии ладони. Клинок был выкован для высокого человека, он был длиннее, чем клинок дестриэра, к которому привык Элм. Он вытянул меч вперед, и острие зависло над камнем, разделявшим его и брата.

— Умный был человек, Король-пастух, – пробормотал Элм. – Странный, но умный. Куда умнее меня. – Он прищурился, пристально глядя на Хаута. – И уж точно умнее тебя.

Хаут молчал – нечитаемый, неуязвимый.

Элм шагнул вперед, повел плечами.

— Прежде я был не готов, – сказал он. – Но я готов теперь.

— К чему?

— Стать королем Бландера.

— Изменить все, – добавила Айони, вставшая рядом с ним.

Изумрудные глаза уставились на Элма и Айони. Хаут взглянул на Карты Провидения в руке Айони, затем на те, что были разбросаны по полу.

— Вы думаете, что сможете объединить Колоду? – Он усмехнулся низким смешком, в котором сквозил холод. – До полуночи считаные мгновения – если она еще не наступила. Для такого умного человека Король-пастух упустил одну весьма важную деталь. Никто в этой комнате не заражен.

Айони наклонилась, собирая упавшие Карты Провидения. Элм стоял над ней, приставив меч к горлу брата. Одну за другой Айони складывала Карты на камень в центре комнаты, рядом с золотой короной, что покоилась там.

— Пока, – сказала она. Когда она вложила в Колоду Косу, на ее челюсти заиграли желваки. – Ты использовал эту Карту для множества ужасных вещей, Хаут. И не только против меня или Элма. – Она коснулась ее пальцем. – Впервые я по-настоящему поняла, кто ты такой, когда ты использовал свою Косу, чтобы отправить людей в туман без их амулетов.

Хаут глумливо усмехнулся.

— Какую бы идею ни скормил вам этот монстр – он ошибся. – Его рука коснулась короны на голове. – Я скорее умру, чем откажусь от нее. А я не умру, братец, ведь у меня есть Дева. Я не могу умереть.

Он рванулся к Элму и схватил меч Короля-пастуха за клинок. Кровь заливала его пальцы, которыми он удерживал сталь. Другой рукой он тянулся вперед, пока, наконец, не сомкнул пальцы на горле Элма.

Элм почувствовал привычную силу жестокой хватки брата. Впервые в жизни он не сопротивлялся. Держа меч одной рукой, другой он схватил Хаута за запястье, нащупывая на нем браслет из конского волоса. Элм заглянул в зеленые глаза брата. Улыбнулся. И сорвал его амулет.