Книга Два сплетенных венца, страница 181 – Рейчел Гиллиг

Желтые глаза.

— Таксус, – выдохнул Рэйвин.

Кошмар тяжело вздохнул, раздувая ноздри.

— Живой, значит.

— Едва, – послышался слабый голос Моретты.

— Он потерял слишком много крови, – прошептал Петир.

— Он замерз. – Взгляд Кошмара скользнул по залу. – Разожгите камин.

Джеспир положила руку на грудь Рэйвина:

— Что ты собираешься делать?

Кошмар не ответил. Он вел отдельный разговор – с самим собой:

— Я знаю, Элспет. Крики не помогут.

Его взгляд вернулся к Джеспир:

— Ты что, ум потеряла в ольховом лесу, Джеспир Ю? Разожги камин.

Джеспир ринулась к очагу.

— Ты, – Кошмар щелкнул пальцами в сторону Джона Тисла. – Срежь с него тунику.

Он закатал рукава.

— Остальные – держите его.

— Какой инструмент понадобится?

— Единственное, что может его спасти, – магия.

Моретта и Фенир переглянулись.

— Рэйвин не может пользоваться большинством Карт Провидения.

— Мне это прекрасно известно.

— Тогда что за магия?

Кошмар с грохотом впечатал ладони в стол, и Рэйвин вздрогнул от боли.

— Не моя вина, Элспет, – пробормотал он себе под нос, – что меня постоянно окружают недоумки.

Он повернулся к Моретте и Фениру:

— Магия течет в семьях. У вас ведь есть еще двое зараженных детей, не так ли?

Их взгляды метнулись к Джеспир, замершей у очага.

— Я не… – он запнулась, – я не знаю, какую магию получила в ольховом лесу.

— Сейчас узнаешь, – сказал Кошмар.

Свет разогнал часть теней в зале. Потрескивали дрова, отдавая свое тепло. Все это время Тисл изо всех сил старался не задеть рану Рэйвина, разрезая ткань на его груди.

Каким-то образом рука Рэйвина нашла запястье Кошмара. Тот поднял взгляд, и отблеск пламени коснулся пугающих желтых глаз.

— Колода?

Лицо Кошмара оставалось непроницаемым.

— Скоро узнаем.

— Огонь занялся, – крикнула Джеспир от очага. – Что дальше?

— Согрей руки. Потом встань рядом со мной.

Через мгновение она уже стояла у стола.

— Он такой бледный…

— Я выдерну из него нож. А ты, Тилли… – Кошмар прикусил щеку. – Джеспир. Положи руки на его открытую рану. Остальные – держите его. Если такая мелочь, как сломанный нос, заставляет его биться в конвульсиях, то это уж точно заставит.

Джеспир, наклонившаяся к Рэйвину, напряглась.

— Ты хочешь, чтобы я… положила руки на его рану?

Тени вокруг Рэйвина сгущались, несмотря на пламя. Он вновь замерзал, его бросило в дрожь, и усталость навалилась на его грудь сильнее, чем когда-либо прежде.

— Я слышу, как спотыкается его сердце, – прошептал Эмори, голос его сорвался. – Он уходит.

Рэйвин издал низкий стон и вздрогнул, пустив новую волну агонии по телу.

— Я в порядке.

— Деревья, ты бестолковый притворщик. – Кошмар сжал запястья Джеспир и подвел ее руки к кинжалу в боку Рэйвина. Его отец и Тисл схватили ноги, мать и Петир встали у плеч.

— Готова, – сказала Моретта.

— Готовы, – эхом повторили Фенир и Тисл.

Кошмар встретился взглядами с Рэйвином.

— Элспет говорит, что ты ей кошмарно надоел.

Голос Рэйвина был слаб.

— Она этого не говорила.

— Нет. Не говорила, – слова сорвались с губ Кошмара тонкой нитью. – Время быть сильным, Рэйвин Ю. Твои десять минут истекли.

Он выдернул кинжал из бока Рэйвина, и Джеспир прижала ладони к ране. Рэйвина пронзила такая боль, какой он не ведал прежде.

Мир почернел.

* * *

Когда Рэйвин проснулся, он был уже не в большом зале, а в своей спальне: потел под несколькими слоями стеганых одеял. Он попытался приподняться, но крепкая ладонь уперлась ему в грудь, укладывая обратно.