Книга Император песчаных карьеров. Том 3, страница 117 – Антон Панарин, Влад Фомин

Голова закружилась, в глазах потемнело, но я устоял на ногах, хватаясь за стену. Передо мной зиял проём, в котором ещё оседала мелкая стеклянная пыль.

За проёмом открылся зал размером с городскую площадь. Потолок терялся так высоко, что казался ночным небом, и по нему ползли блики голубоватого света, отражённого от того, что находилось в центре. Стены покрывали уже знакомые руны, но здесь они горели ярко и уверенно, пульсируя ровным ритмом.

В центре зала, на высоте метров пяти от пола, висела сфера. Она медленно вращалась вокруг собственной оси, и при каждом обороте по её поверхности пробегали волны, переливаясь от бирюзового к тёмно-синему и обратно. Не камень, не стекло, не металл. Резервуар жидкости, поднятый и удерживаемый в воздухе неведомой силой, был размером с небольшой дом. Свет, исходивший от сферы, был живым и тёплым, он пульсировал так, словно это было сердце, вечно бьющееся в грудной клетке самого мира.

От сферы во все стороны расходились трубы. Десятки, сотни труб, толстых и тонких, уходивших в стены, в пол, в потолок. Они пронизывали зал, как корни гигантского дерева, только корни эти тянулись не в землю за водой, а в обратном направлении. Трубы забирали воду у мира и перекачивали сюда, в подземные бассейны, где она хранилась бесполезным грузом, пока наверху целый континент умирал от жажды.

Я слышал гул, ровный и монотонный. Машина работала. Прямо сейчас, в эту секунду, она продолжала высасывать последние капли влаги из рек и источников, которые ещё оставались на поверхности. Она делала это тысячи лет подряд, без перерыва и без оператора, в полностью автономном режиме, запущенная давно исчезнувшими создателями.

В прошлой жизни я видел серверную нашей компании. Сотни мигающих огоньков, гудящие вентиляторы, километры кабелей. Однажды один из серверов завис на целые сутки — компания потеряла двести тысяч рублей. Администратор, вызванный в четыре утра, перезагрузил систему за пятнадцать минут и ушёл досыпать. Здесь масштаб был иным. Здесь «сервер» работал тысячелетиями без перезагрузки, и вместо заказов обрабатывал жизни миллионов людей. И некому было прийти в четыре утра и нажать кнопку «перезагрузка». Некому, пока не явились мы.

Я первым шагнул на порог. Остановился, задрал голову и долго смотрел на сферу.

— Вот значит, как, — только и смог сказать я. — Вот что мы искали и наконец нашли…

Гелиос вошёл следом и замер у ближайшей трубы. Провёл по ней ладонью. Труба еле ощутимо вибрировала, и паладин отдёрнул руку.

— Она тёплая, — голос его был хриплым и тихим. — И внутри что-то течёт. Прямо сейчас. Она качает. Всё ещё качает.

Кашкай переступил порог последним, и впервые за всё наше знакомство не присвистнул и не сослался на духов. Он просто опустился на колени прямо у входа, запустил пальцы в спутанные остатки «гнезда» на голове и уставился на сферу, не мигая, и по небритым щекам его потекли слёзы. Первый раз за всё время нашего знакомства я видел, как Кашкай плачет.

— Значит, правда, — прошептал он. — Всё правда. Вода не ушла. Её украли.

— Нарекаю это… — начал было Сульфур, но осёкся на полуслове, и я непроизвольно обернулся. Лучник стоял с приоткрытым ртом, палец, привычно воздетый к потолку, медленно опустился вниз. На лице его отразилось нечто, чего я прежде на нём не видел. Не бравада и не самовлюблённая ухмылка, а настоящее человеческое потрясение. — Нарекаю это… — повторил он тише и замолчал, так и не закончив фразу.