Книга Болотное предание, страница 120 – Ольга Лопатина

Ночь в лесной избушке прошла довольно спокойно. Шкура волка, которого некогда убил Беломил и оставил здесь, словно опасаясь мести серого разбойника, согрела гостий.

«Как удивительно», — размышляла Чистозвана, пытаясь заснуть, — что тело её отца уже истлело в домовине, а волчья шкура греет его дочь. Но вскоре Чистозвана погрузилась в сон и пробудилась только утром, когда лучи зимнего солнца возвестили о приходе нового дня. Дома девушка вставала с петухами, но в лесу обитали иные птицы. Чистозвана с грустью подумала, что ещё долго не услышит горластых певцов, приветствующих зарю-заряницу. Но, к своему изумлению, юная искательница приключений обнаружила, что впервые за почти всю зиму прекрасно выспалась. Здесь всё было по-иному. Казалось, что время в зимнем лесу течёт медленно, как ручеёк, перегороженный огромными камнями. Чистозвана каким-то полузвериным чутьём почувствовала, что пока не время выручать Вадима. Вдали от людей она обрела покой и возможность постепенно врачевать свои душевные раны. Если вспухшие дёсны, ушибы, порезы и ломоту в костях можно исцелить травами, отварами и настоями, то сердечную боль лечит только время, уединение и покой. Чистозвана ощутила желание остаться тут, пока не сойдут снега. При этом она осознавала, что временная отсрочка не будет вечной, но поможет ей набраться сил перед решающим рывком. Объяснение для Свиньи Чистозвана придумала довольно быстро. Охотница бестрепетно взяла нож с костяной ручкой и, зажмурившись, быстро и сильно полоснула себя остриём по левой ладони. Испуганная Свинья вскрикнула едва ли не громче, чем сама Чистозвана

— Что ты делаешь-то? Совсем ума решилась?

— Ничто. Это обряд такой на удачу. Земляной пол быстро впитал тонкий ручеёк крови, текущий из шуйцы Чистозваны.

— Когда заживёт порез на моей руке, тогда и пойдём к Бабе-Яге.

— А может поначалу пойдём к болотному князю? — робко предложила Свинья.

— Скорей наши длани зачерпнут звёзды из лужи, чем болотник добровольно выпустит из своих мохнатых лап жертву. Руки у нечисти загребущие, словно смолой намазаны. Что пристанет — то не отлипнет никогда. К тому же, его, наверное, ещё оживлять нужно.

— Но ваш-то водяной иной?

— Он некогда был человеком и моим приятелем. С того дня, как потонул Святогнев, всё началось. Кто бы мне рассказал мою дальнейшую долю, — тут Чистозвана невесело улыбнулась каким-то своим мыслям. В такие моменты Свинья опасалась тревожить свою попутчицу, понимая, что ей нужно уединение. Вот и сейчас она стала прибираться в избе, храня при этом упорное молчание. Порой Свинье казалось, что Чистозвану совершенно не заботит участь несчастного Вадима. Но зачем тогда ей бросать налаженный быт, роскошный по меркам пахотных людей дом и идти в лес на верную погибель? Весенка временно забрала рогатый скот, свиней и куриц Чистозваны. А старая Ягодка обещала присмотреть за домом и за кошками. По словам Чистозваны, в её огороде росли огурцы, репа, вишни, яблони, лук и зелень. Вряд ли старуха управится со всем этим хозяйством, если девушки не вернутся к лету. Ещё неизвестно, как их примет загадочная лесная ведунья. Но самое тяжёлое — мучиться неизвестностью. Здесь даже прялки или ткацкого станка не было, дабы скоротать томительное ожидание. А по вечерам Свинье вообще хотелось выть, как волчице от тоски сердечной. Вот и приходилось говорить друг с другом, повторяя уже хорошо известные товарке вещи. Так мирно, упорядоченно и даже скучно протекали последние деньки, отпущенные Марене-Зиме. Продукты постепенно кончались, но Чистозвана постоянно пополняла запасы мясом. Но одним мясом сыт не будешь. Но пока они не бедствовали.