Книга Волны и джунгли, страница 139 – Джин Родман Вулф

Крайт важно, без тени улыбки кивнул:

— Да, причем, как нам обоим… вернее сказать, всем троим, известно, намеренно. И в намерениях сих преуспел просто-таки восхитительно. Ну что ж, со временем она, возможно, подыщет тебе какое-нибудь оправдание. Надеюсь, это тебя утешит?

— Что, сильно избил?

— Еще как. Крови из нее вытекло, особенно из… словом, из разных мест. И мне пришлось нелегко.

Не в силах придумать, что тут еще сказать, я спросил, удалось ли ему найти полотно для повязок и целебные мази.

— Она сама знала, где они. Я ей, когда требовалось, узлы на повязках затягивать помогал. Сложнее всего оказалось остановить кровь. Ты, думаю, даже не представляешь, сколько нам выпало хлопот…

Сделав паузу, он напружинился, явно ожидая от меня нападения.

— Ты понимаешь, о чем я говорю? Все понимаешь?

— Разумеется. Ты же говоришь на Общем Языке и по меньшей мере не хуже меня.

От темы Общего Языка Крайт с раздражением отмахнулся.

— Ну а ее не понимаешь совершенно.

— Мужчинам от веку свойственно не понимать женщин.

Крайт рассмеялся. В его смехе слышалось нечто такое, что мне, хотя я еще секунду назад ничуть на него не злился, отчаянно захотелось прикончить его на месте.

* * *

Еще раз оглядев ватерлинию в поисках Взморник и не найдя ее, я, как это ни нелепо, принялся шарить за бортом багром. После этого мне захотелось вернуться к тем камням, где мы отыскали ее в прошлый раз, но Крайт отговорил меня, поручившись, что Взморник по-прежнему на шлюпе, но откровенно сказав, что обыскивать лодку с моей стороны – несусветная глупость, поскольку найти Взморник куда как хуже, чем не найти. Спустя недолгое время он оставил меня одного.

Сколько мне помнится, появилась Взморник уже с наступлением темноты. К тому времени я давным-давно решил, что прячется она в одном из грузовых рундуков, и нисколько не удивился, увидев, как крышка того, где хранились веревки и тому подобное (и служившего мне сиденьем), поднимается кверху сама собой. Приподняв небольшую сковороду, на которой поджаривал рыбу, я предложил Взморник присоединиться ко мне.

Взморник уселась напротив, по другую сторону от огня, и здорово удивилась, когда я поблагодарил ее за это, поскольку так она мне лучше видна.

— Я ведь беспокоился о тебе – словами не передать. Не знал, насколько серьезно ты пострадала, думал, что ты голодна и хочешь пить, – пояснил я, протягивая ей бутылку с водой.

— А сам ты разве не ранен? – сделав пару глотков, спросила она.

Ее вопрос тронул меня как ничто в жизни.

— Нет, со мной все в порядке. Просто устал до изнеможения.

Взморник, кивнув, вновь приложилась к бутылке.

— А ведь ты вполне могла покончить со мною сонным, – продолжил я. – Найти мой нож, заколоть насмерть…

— Такого я не сделала бы ни за что.

Я протянул ей поверх огня тарелку с последним нашим ломтиком жареной рыбы.

— А я бы на твоем месте – пожалуй, да. Вилка нужна?

Взморник, устремив взгляд на невеликую порцию рыбы, не ответила ни слова, и я протянул ей вилку.

— Эта рыба – почти все, что у нас осталось, – пояснил я. – Надо было взять в дорогу побольше провизии.

— Но ты же на меня не рассчитывал, – ответила она, с чем-то весьма сродни ужасу отведя взгляд от рыбы. – Не хочу я ее. Можно Малышу отдать?

Услышав собственную кличку, Малыш поднялся и потрусил в обход ящика к ней.