Книга Верь/не верь, страница 87 – Инна Борисова

И в этом мире она чужая, ее пристрелят, даже не спросив фамилии.

— Что дальше? – Алина высовывается, кровь пропитала дубленку Тероева, нужно срочно что-то делать. Но отец не учил ее лечить огнестрел в полевых условиях, она вообще не врач.

— Автомат собирать умеешь? – Вопрос неожиданный и приводит Алину в неуместный восторг.

— Умею, конечно. – Включает тусклую лампочку верхнего света, резким движением дергая на спортивной сумке замок. Она этого лет пять не делала, но давным-давно, когда папаня возил ее к своим друзьям военным, те подпили и решили, что главное в жизни барышни – это уметь за себя постоять. К сожалению, в таком состоянии секретным приемам рукопашного боя ее не обучили, зато на базе оказался одинокий «калаш», единогласно было решено устроить соревнование в собирании оного на скорость. Алина в нем, конечно, проиграла, долго запоминая алгоритм, но собирать научилась.

— Это тот самый, из которого по отделу дали?

Тероев ухмыляется, резко выворачивая руль, девушка врезается в дверцу, тихо ойкнув.

— Причинно-следственные от дочки красного не скрыть? Да, это он.

Алина шпигует магазин патронами, лежа на заднем, боковое стекло взрывается от выстрела, девушка непроизвольно вскрикивает, Андрей уводит машину влево, она снова влетает головой в ручку двери, проклиная все на свете. Алина вставляет заряженный магазин в ствольную коробку до щелчка, понимая, что одновременно вести машину и стрелять из автомата Тероев не сможет при всем желании.

Ты же хотела приключений, дура малолетняя? Вперед. Опускает предохранитель, резко тянет на себя ручку затворной рамы и обратно, высовывается в разбитое окно.

— Алина!

В окне черный внедорожник неопознанной марки, она в принципе отличает только BMW и УАЗ, остальные для нее просто существуют. Палец притрагивается к спусковому крючку, автомат плюется очередью по колесам, тачка теряет управление, девушка валится спиной назад, мысленно поблагодарив отцовского друга за такое ценное знание.

— Охренеть! – Дышит тяжело, адреналин бьет по голове резкой яркостью и четкостью реальности. Они заезжают во двор-колодец и останавливаются, Андрей пальцем жмет на рану, застонав. Вспышка боли помогает не отключиться? Алина перелезает на пассажирское, глядя на Тероева во все глаза, тот с трудом освобождается из одежды и дергает рубашку, брызнув пуговицами.

— Оторви рукав и сделай жгут над раной, завяжи со всех сил, стесняться на надо.

Трясущимися от шока руками Алина дергает ткань рубашки, от вида кровоточащей раны ее слегка мутит, она действует бездумно, стараясь не смотреть на воровские звезды под ключицами.

— Вот и полимонились, Андрей Павлович, – нервно смеется, Тероев закусывает губу, когда жгут плотно сжимает кожу. – Дальше?

— Из остатков тряпки сооруди повязку, чтоб кровь впитывала. Хорошо. – Дышит тяжело. Алина предполагает, что это не первый его огнестрел, раз он так ловко раздает указания.

— Мы поедем в безопасное место теперь?

— По плану мои ребята должны были отвезти тебя в Линдград после библиотеки, но теперь у меня есть сомнения. Возьми телефон, набери Гроба. – Откидывает голову назад. Алина впервые видит такое устройство близко, кнопки такие большие, антенна эта пластиковая, как в кино. В любой другой ситуации она бы сказала, что это круто, но не сейчас.