Книга Ежевика и шиповник. Гончие Аннуна, страница 50 – Наталия Зябкова

— Верно подмечено! Простая лошадь не сможет носится по воздуху быстрее ветра, даже если на неё наложить самые ядрёные чары. Но ничего, Гвин умеет убеждать! К моменту, когда потребуется Камень Превращений, девчонка сама пожелает сменить ипостась.

Рада смотрела на старуху с неподдельным страхом. Я хотел сменить тему, но она опередила меня, задав вопрос:

— А ваш конь, Лоботряс, он тоже человек на самом деле?

— Это очень сложный вопрос, — Мэлт бросила на неё быстрый взгляд из-под полуопущенных ресниц. — Я знаю множество собак, которые были бы лучшими людьми, чем их хозяева, а некоторым людям намного лучше подойдёт овечья или ослиная шкура. Лоботряс хороший конь, но тело, изменённое магией, изнашивается быстрее, а людской век и так короток. В общем, ему пора на покой.

— Вы оставите его доживать век в стойле? — теперь ужас просочился и в голос Рады.

— Это вряд ли. Не в обычаях Охотника кормить кого-либо просто так. Обычно Гвин уводит отслуживших срок животных в их мир и там оставляет. По слухам, заклятье постепенно выветривается, но не обязательно.

— Но что будет с несчастными…

— Мне всё равно, — оборвала её Мэлт. — Никогда над этим не задумывалась. Зачем? Это примерно то же, если задумываться над судьбой выброшенной зубной щетки, или износившихся башмаков, отправленных на помойку.

— Но вы же сами были человеком!

— Не стоит путать тех, кто скачет в седле и ходит под седлом! — зашипела старуха с такой злобой, что Рада непроизвольно отшатнулась. — Ты сама была смертной, пока благой король не водрузил на твою неблагодарную голову корону. И как ты ему отплатила за это?

— Сбавьте-ка тон! — попытался я охладить её пыл. Мэлт тряхнула головой, от чего её седые космы пришли в ещё больший беспорядок.

— Этот замок — мой дом. В своём доме я говорю как хочу, с кем хочу! — выпалила она, но после всё-таки добавила намного спокойнее: — Ни одно существо нельзя превратить в то, к чему не расположена его душа.

Мэлт прошла вперёд, давая понять, что разговор окончен. Перед нами отворилась высокая тяжелая дверь, с резным орнаментом из облаков и силуэтов собак, несущихся по небу. За ней находился зал, стены которого, сделанные из грубо отёсанного камня уходили ввысь метров на десять. Вдоль стен стояли массивные дубовые столы, ломившиеся от угощений.

— Как же это мерзко, когда относятся к людям словно они — вещи! — прошептала Рада. — Или глина — что захотел, то вылепил, а не понравилось — выбросил.

Глава 29

Она явно собиралась ещё что-то сказать, но я, как бы невзначай, толкнул её локтем — нас встречал уже знакомый неприятный тип, успевший избавиться от своих крыльев. Рядом с ним приплясывала на месте гончая. Почему-то я был уверен — та самая. Тип и бровью не повёл, показывая наши места за столом, однако я всё равно не спешил проникаться к нему доверием. Единственная, кто вызывал симпатию в этом ужасном месте — собака Нида, даже не спрашивайте, почему.

Бывший парень-стрекоза хотел нас разлучить, но я четко дал понять, что не намерен отпускать свою спутницу от себя дальше чем на три шага. Рада с благодарностью взглянула на меня, от чего на сердце потеплело. Под столом ободряюще похлопав её по руке, я запоздало задумался над тем, можно ли здесь пробовать что-то не опасаясь быть околдованным.