Книга Ежевика и шиповник. Гончие Аннуна, страница 47 – Наталия Зябкова

Люк снова покачал головой, красноречиво указывая глазами на собаку, внимательно прислушивающуюся к моим словам.

— Но возможно мы вместе могли бы… — не сдавалась я.

— Не сейчас и не здесь! — оборвал он, уставившись куда-то мне за плечо. Оглянувшись, я разглядела в небе множество темных точек — Дикая Охота возвращалась.

Горестно взвизгнув, собака умчалась обратно в замок в компании ворона, внезапно потерявшего к нам интерес.

— Что будем делать? — в панике спросила я.

— Останемся ждать здесь — наверняка нас уже заметили, — спокойно ответил Люк, задумчиво пряча в карман мешочек, снятый с шеи собаки. — Разве что отойдём с отрытого места.

Мы встали у ближайшего куста.

Постепенно точки на горизонте превратились в трёх всадников, несущихся во весь опор в окружении множества одинаковых белых собак с ярко-рыжими ушами, казавшимися издалека покрытыми кровью. Лай гончих снова напомнил о недавней охоте при Благом Дворе — я вздрогнула, и Люк заботливо притянул меня к себе.

— Может быть не стоит афишировать наши отношения? — прошептала я, пытаясь освободиться, но он ещё крепче сжал объятия и спокойно ответил:

— Не собираюсь скрывать свои притязания на тебя, разве что, ты против…

Вместо ответа, я сжала его ладони, лежащие поверх моей талии и откинула голову на плечо, прижимаясь щекой к его щеке. Он нежно коснулся губами моего виска, но тут на нас обрушилась Дикая Охота во всей красе — собаки лаяли и толкались как на земле, так и в воздухе. Черт троих всадников разглядеть никак не получалось — их фигуры оказались сотканными будто из плотного тумана, который осьминожьими щупальцами тянулся по ветру, пока они кружили вокруг нас, нагоняя страху.

— Кто вы такие? — произнес самый высокий всадник гулким басом, от которого у меня заныли кости. — Что вы забыли у входа в царство мертвых?

Люк представил нас и добавил:

— Мы хотели бы поговорить с королём Арауном, а также с Гвином Ап Нуддом.

— Это он вернул мне Звёздный камень! — прокаркал самый низкорослый из всадников. — Охотник, я ручаюсь за него!

Чёрный туман сползал клочьями с говорившего, оказавшегося неприветливого вида старухой с крючковатым носом, косматыми бровями навек хмуро сошедшимися на переносице и растрёпанными седыми волосами, придававшими ей ещё более дикий вид. Серое, усыпанное по лифу черным жемчугом платье, казалось посыпанным пеплом и смотрелось на ней лохмотьями, несмотря на богатый тонкий материал и изысканный крой. Звёздный камень — по виду обыкновенный серый булыжник связанный шнуром, болтался между её иссохших грудей, проступавших сквозь материю.

— Он мог присвоить его, и тогда заведённому порядку пришел бы конец! — продолжала вещать старуха, благоговейно смотря на самого высокого всадника, с которого тоже стал сползать туман…

Живописцы сражались бы за право написать портрет каждого из знакомых мне альвов. Я привыкла к прекрасным лицам, окружающих. Этот не слишком отличался от них… Но только в этом. Королева Мэдб была достаточно грозной, чтобы вселять страх в сердца врагов. Холодная красота Сильвара резала, подобно лезвию бритвы, а улыбка Лириана заставляла сжаться от дурного предчувствия. Альв, легко соскочивший с вороного коня и поочередно изучивший нас цепким взглядом, объединял в себе все эти качества.