Книга Ежевика и шиповник. Гончие Аннуна, страница 46 – Наталия Зябкова

Глава 27

— Рыцарь Неблагого Двора Люциан Рамстэд, — поклонился Люк и, не давая мне произнести ни слова продолжил: — И его сводная сестра Ариадна. Мы бы хотели переговорить с Вороньим Королём.

— Вороний Король не принимает! — прожужжал встречающий. — Отправляйтесь восвояси!

— Простите, с кем имею честь? — Люк не показал, что его задела слова парня-феи.

— Для тех честь, у кого она есть! — отрезал грубиян.

Я уже открыла рот, чтобы возмутиться, но Люк предупреждающе взял меня за руку, и едва заметно покачал головой.

— Тот, у кого её нет, не разглядит в других даже под лупой, — ответил он с любезной улыбкой лисы, готовой свернуть шею потерявшему бдительность гусю.

— Повторяю для непонятливых: убирайтесь! — презрительно скривил губы парень-стрекоза. — Никто вас не примет! Ой! — вскрикнул он от того, что знакомый белый ворон спикировал на него откуда-то сверху и ударил массивным клювом прямо в макушку. Парень бестолково замахал руками, черные прозрачные крылья затрещали, хаотично бросая его тело из стороны в сторону. Ворон снова налетел на него, продолжая клеваться. Встречающий окончательно потерял контроль, мотаясь в воздухе по ломаной траектории и наконец мешком плюхнулся на землю. Довольный ворон подлетел к нам, грациозно опустился на выступающий кусок скалы и важно склонил голову в поклоне.

Люк тоже вежливо поклонился ему, а я не удержалась и присела в придворном реверансе — это почему-то показалось самым правильным.

— Всё равно никого пускать не велено! — даже находясь в неприглядном положении так и не представившийся парень-фея продолжал упорствовать. — До возвращения Дикой Охоты вы в замок не попадёте!

Далёкий лай прервал его. С одного из балконов замка спрыгнула поджарая белая собака и прямо по воздуху понеслась к нам, рыжие вислые уши как два крыла взлетали и опадали по бокам изящной вытянутой вперёд морды. Ворон, смотрел за происходящим свысока со своего наблюдательного пункта.

Собака добежала до неудачливого встречающего и с рычаньем впилась в его голень.

— Нида! — закричал тот. — Больно же! Что на тебя нашло? Зачем ты вообще вернулась? Я не буду выгораживать тебя перед Охотником!

На собаку его возгласы не подействовали — она лишь залаяла и решительно куснула его за бедро. Черные прозрачные крылья затрещали, поднимая своего обладателя в воздух, но и это не помогло ему избавиться от разъярённой собаки — она бросалась и кусала его за ноги снова и снова. Только когда парень-фея высоко взмыл в воздух и тяжело полетел в сторону замка, собака отстала от него и вернулась к нам. Встав на задние лапы, она передними упёрлась в грудь Люка, почти сравнявшись с ним по росту и лизнула его в щеку. На шее собаки был привязан маленький мешочек, покрытый мерцающей пылью.

Люк беспрепятственно снял его с шеи собаки — та лишь сильнее завиляла хвостом. Он хотел стянуть цепочку, чтобы получше разглядеть медальон, но она не поддалась — стоило потянуть её вверх, как звенья сжимали шею собаки, перекрывая дыхание. Я ожидала, что собака в панике укусит его, но она лишь скулила и смотрела на нас грустными глазами. Люк не сдавался, пытаясь разорвать цепь, но у него ничего не вышло. Стоило лишь отпустить собаку, как цепочка вновь свободно повисла на шее.

— Это заклятье! — озвучила я очевидное. — Ты же помнишь, что говорят о красноухих гончих Аннуна…