Книга Трусы на люстре, или И смех, и грех, страница 5 – Елена Амеличева

Не знаю, как, но я все-таки простила этого идиота. Ради детей, наверное. Как все женщины. Ради семьи. Чтобы сохранить то, что беречь не стоило. Склеить разбитую чашку. Я делала вид, что все хорошо, хотя из всех щелей наспех склеенного брака сквозило эгоизмом, что пробирал до костей, как лютый холод, и было пусто, потому что любовь ушла.

Врачи не советовали беременеть так скоро после сложных родов двойняшками, что едва не стоили мне жизни, но супруг возжелал сына – вновь. Эта навязчивая идея сидела в нем, как бес, что не слушал никого. И я снова родила.

Четвертую девочку. Мелиссу. Маленького рыжика, которого все зовут Лисенком. А супруг после родов даже не навестил меня. Не пришел посмотреть на ребенка. В тот день наш брак умер окончательно.

А сегодня муж самолично забил последний гвоздь в его гроб. Модный такой гвоздь, в розовых трусах с зелеными кружевами.

Мы стояли друг напротив друга. Я у дверей, он у кровати. Нас разделяло метров пять и пропасть в десять лет брака.

— Зоя, - сказал Атамир с хмурым видом. — Ты должна понять...

— Должна? - перебила его, приподнимая бровь. - Это я должна? Ты сейчас серьезно?

— Я дракон! - рявкнул он, видимо, решив, что лучшая защита - это нападение. - Я генерал! Я не обязан отчитываться перед...

— Перед кем? - уточнила с усмешкой. - Перед женой, что родила тебе четырех детей?

— Девочек, - не упустил случая напомнить супруг – с ехидцей. – Ты так и не соизволила произвести на свет наследника! – Мерзавец явно с довольствием бил по самому больному месту.

— Зато я десять лет вела твое хозяйство, принимала твоих гостей, терпела твоих сослуживцев с их дурацкими шутками про «бабу на корабле». И, между прочим, до сих пор не убила тебя, хотя сейчас очень близка к этому.

Муж нахмурился сильнее.

— Не хотел, чтобы ты узнала вот так, - бросил он.

— А как ты хотел? - поинтересовалась с любопытством. - Чтобы жена сама догадалась? Чтобы мне дети рассказали? Чтобы эта... девица прислала мне письмо с подробностями?

— Не знаю! - запустил пятерню в волосы. — Я вообще не знаю, как это вышло!

— О, позволь, расскажу, - оживилась я. - Это называется измена. Очень распространенное явление среди драконов, как погляжу. Модное в этом сезоне. Прямо эпидемия какая-то среди драконов. Ты, видимо, решил, что раз ты большой и страшный, то тебе всё можно. А я буду сидеть дома, растить детей и делать вид, что ничего не замечаю?

— Ты не понимаешь...

— Я прекрасно всё понимаю! - рявкнула уже по-настоящему. - Понимаю, что ты идиот! Понимаю, что эта дешевка - дочь какого-нибудь твоего сослуживца или, хуже того, чья-то подосланная шпионка! Понимаю, что ты даже не подумал о детях! О том, что будет с ними, когда узнают, что их отец...

— Они не узнают! - перебил дракон.

— Узнают, - развела руками. - Потому что я знаю. А я не умею врать детям. Они по моему лицу всё прочитают.

Атамир побледнел. Представил, видимо, допрос с пристрастием от собственных дочерей.

— Зоя, давай решим это мирно, - сделал шаг ко мне.

— Стой, где стоишь, - выставила руку. - Не приближайся. У меня в руке, между прочим, сковорода. – Я подхватила чугунную утварь с решетки.

— Ты не посмеешь, - сказал с надеждой, глядя на мою правую руку.

— Атамир, я десять лет терпела твои закидоны. Твои командировки. Твоих сослуживцев, которые жрали мои запасы и хвалили мою стряпню. Твою маму, которая постоянно приезжала без приглашения и учила меня жить, критикуя абсолютно все – от моих бровей до детей. Твою сестру, которая одалживала мои драгоценности и «случайно» теряла их. Я рожала в поле, потому что ты не удосужился довезти меня до лекаря вовремя. Я выхаживала детей, когда у них была драконья лихорадка, и ты был в очередной командировке. Я всё это терпела, потому что думала... - голос дрогнул. - Потому что думала, мы - семья.