Книга Трусы на люстре, или И смех, и грех, страница 4 – Елена Амеличева

— Дорогая, - начал он.

— Не смей называть меня дорогой, когда на тебе нет рубашки, а в моей кровати только что валялась эта, - я кивнула на девушку, которая наконец-то застегнулась и теперь пыталась придать лицу выражение оскорбленной невинности. Получалось плохо - слишком много косметики размазалось во время падения.

— Я ухожу, - объявила бедняжка, вскинув подбородок и покосившись на любовника. Должно быть, ожидала, что тот мигом выгонит супругу, что не вовремя нагрянула в семейное гнездо, и тут же сделает любовнице, такой прекрасной без трусов, предложение руки и сердца. - Я не намерена выслушивать оскорбления от какой-то... – Она взмахнула руками, словно отгоняла мух, что кружили над ней.

— От какой-то законной жены? - подсказала я. - Да, это редкое явление в ваших кругах, понимаю. Вы, наверное, думали, что мы вымерли, как мамонты? Или что я сижу на кухне и чищу картошку, пока вы тут развлекаетесь?

Девица побагровела, развернулась и вылетела в коридор с такой скоростью, будто за ней черти гнались. Я даже не сомневалась, что её туфли на каблуках высекали искры из пола в коридоре.

Половицы яростно заскрипели под быстрыми шагами. Ступеньки же вспомнили о женской солидарности – вскоре послышался вскрик, будто куропатке попала стрела под хвост, затем грохот, перемежающийся отборными ругательствами, и опять же смачный шлепок в конце.

Наступила тишина.

Мы с мужем переглянулись, думая, вероятно об одном и том же – жива ли наша драгоценная любовница? Но в ответ на нашу заботу послышалось кряхтение, проклятия, стук каблуков и, как завершающий аккорд, захлопнулась дверь. Стало ясно, что похороны отменяются. Даже немного жаль, мне идет черный. Хотя… Посмотрела на дракона. Еще не все потеряно. Шансы стать вдовой пока что в наличии, зачем отчаиваться раньше времени? Все в моих руках!

Перевела взгляд на растопленный камин. Рядом на решетке остывала сковорода с остатками хлеба. Сердце зашлось болью. Я вспомнила, как в наш медовый месяц Атамир, отказываясь выпускать меня из супружеской опочивальни, приносил с кухни ломти ноздреватого хлеба, масло, мясо и зелень, вкупе со сковородкой. На ней самолично подрумянивал хлеб, делал бутерброд и кормил свою любимую женушку, от которой не мог оторваться и на мгновение.

Тогда я была самой счастливой драконицей на свете. И наивно полагала, что так будет всегда. Теперь же он тем же кормил какую-то дрянь, что носит розовые трусы с зелеными оборками. Боль полоснула вновь, по свежей ране. А ведь я думала, что уже ничего не чувствую к супругу. Что чувства умерли. После десяти лет брака и четырех детей – девочек – что муж заставил родить одну за другой, в надежде заполучить наконец-то долгожданного мальчика, наследника прославленного и могучего рода де Кавендишей.

Первая дочь, Виктория, его расстроила. Но он тут же принялся уговаривать меня попробовать снова, ведь вторым непременно получится сын. Через год после первенца я произвела на свет двойню. Двух девочек. Прелестных, с личиками, как бутоны роз, здоровеньких и очень громких. Эмили и Александру.

Глава 3. Сковородка

— Ты издеваешься? – прошипел в тот день Атамир, ворвавшись в спальню, когда дозволили повитухи. – Девки?! Две сразу?! Ты специально?! – муж начал ходить по комнате, как загнанный в клетку зверь. – Да, ты специально! Это все твой характер, Зоя, твой характер! Правильно мне матушка говорила, чтобы не брал такую в жены. Мама была права, но я не слушал, осел! Надо было отказаться от женитьбы! Ты из вредности!..