Книга Лепестки судьбы под цветущей сакурой, страница 25 – Ниваса

— Что значит «подтвержденный кровью»? - спросил Акира, когда они вышли из библиотеки.

— Ритуал, - сказала Сакура. - Очень старый. И очень опасный. - Она выглядела взволнованной, но также... задумчивой. - Я слышала о нем. Но никогда не видела, чтобы его проводили.

— Почему опасный?

— Потому что он требует... жертвы. Не смерти. Но... части души. - Она посмотрела на свои руки. - Оба должны добровольно отдать часть своей связи с духами. Своей... духовной силы. Для меня это было бы... отказом от наследия. Для тебя... я не знаю. Ты не из нашей традиции. Но раз наша связь существует... значит, у тебя тоже есть связь с духами теперь. Пусть и слабая.

— И если мы проведем этот ритуал...

— Связь разорвется. Но... мы оба что-то потеряем. Я, возможно, потеряю свои способности. Ты... может, свою связь с невидимым миром. Или что-то еще. - Она вздохнула. - И это должен быть добровольный выбор. Обоих. Без принуждения.

— А «благословение тысячелетнего духа сакуры»?

— Это... еще сложнее. - Она покачала головой. - Тысячелетние духи сакуры... их почти не осталось. Одна есть в Киото. В нашем храме. Но она... почернела. Разгневана. Она не благословит нас.

— А другие?

— Может, где-то еще. Но найти их... почти невозможно. И убедить благословить разрыв связи... зачем духу помогать разрушить то, что он благословил?

Акира задумался. Три варианта. Смерть - неприемлемо. Ритуал с кровью - возможен, но опасен и требует добровольности. Благословение духа - почти невозможно.

— Остается ритуал, - сказал он.

— Да. Но... - она запнулась. - Для него нужны определенные условия. Полнолуние. Увядающая сакура. И... свидетели. Духи-свидетели.

— Когда следующее полнолуние?

Она достала телефон, проверила.

— Через... девять дней.

— После того как Рёсукэ вернется.

— Да. - Она опустила телефон. - И сакура к тому времени уже начнет увядать. Это... возможно.

— Тогда это наш план, - сказал Акира. - Мы проводим ритуал через девять дней.

— Но где? И как? И... - она посмотрела на него, - ты уверен? Ты готов потерять... что-то? Мы не знаем, что именно.

— Я готов потерять что угодно, кроме тебя, - сказал он просто.

Она заплакала. Но на этот раз не от отчаяния. От... благодарности.

— Тогда... нам нужно подготовиться. Найти место. Узнать точные слова ритуала. И... надеяться, что Рёсукэ не помешает.

— А если помешает?

— Тогда... - она сжала кулаки, - тогда мы будем бороться. Вместе.

Они стояли перед библиотекой, держась за руки. Солнце садилось, окрашивая небо в оттенки оранжевого и фиолетового.

У них был план. Слабый, опасный, но план.

И девять дней, чтобы подготовиться.

И три дня, прежде чем вернется Рёсукэ.

Двенадцатый день - Подготовка и сны

На двенадцатый день они встретились в храме Сэнсодзи в Асакусе - самом старом буддийском храме Токио. Сакура сказала, что если где-то и можно найти информацию о древних ритуалах, то здесь.

Они разговаривали со старыми монахами, показывали им выдержки из текстов, спрашивали о «сакура-но мусуби» и ритуале разрыва.

Большинство монахов только качали головой - они знали легенды, но не детали ритуалов. Но один, очень старый, почти слепой монах, слушавший их молча, наконец заговорил.

— Этот ритуал... очень стар. Старше буддизма в Японии. Он из времен, когда люди и духи жили бок о бок. - Его голос был хриплым, как шелест сухих листьев. - Вы хотите разорвать узел сакуры?