Книга Цена дыхания, страница 93 – Людмила Вовченко

— Значит, времени нет, — сказала она.

Рейвенор смотрел на неё.

— Да.

— Пайк ещё в редакции?

— Должен быть.

Она повернулась к Эмме.

— Бумаги. Копии. Всё, что есть. Анна — Софи пока ничего не говорить.

— Она спросит.

— Скажешь, что есть новая зацепка. Не больше.

Анна кивнула.

— Нора — дом закрыть. Без посторонних. Мэри и Мэгги — дети. Марта — еда на всех и горячая вода. Лиззи…

— Я иду, — сказала Лиззи.

— Да, — кивнула Амелия. — Идёшь. Ты знаешь редакцию.

Оливер вскочил.

— Я тоже.

— Разумеется. Вы наш проводник в логово чернил и плохих решений.

Рейвенор шагнул к ней.

— Вы не идёте.

Амелия медленно повернулась.

— Доктор.

— Нет.

— Вы снова начинаете?

— Да.

— Неудачно.

Он наклонился ближе. Голос стал тихим.

— Если Пайк уже предупредил кого-то, это может быть ловушка.

— Поэтому вы пойдёте.

— Я пойду.

— И я.

— Нет.

Они стояли лицом к лицу посреди прихожей. За их спинами молчали все: Эмма с бумагами, Анна у лестницы, Лиззи с побелевшими губами, Оливер с несчастным лицом, Нора как камень.

Рейвенор сказал:

— Если с вами что-то случится, этот дом рухнет.

Вот это был удар.

Не «я волнуюсь».

Не «я не хочу».

Дело.

Система.

Он ударил туда, где она не могла отмахнуться.

Амелия замолчала.

Впервые.

Он продолжил:

— Они держатся на вас. На вашем голосе, ваших правилах, вашей наглости, если хотите. Вы можете послать меня, Оливера, Лиззи, даже Анну. Но если вы уйдёте сейчас и не вернётесь, что будет с ними?

Она сжала зубы.

Ненавидела.

Ненавидела, когда он прав.

— Это нечестно, — сказала она тихо.

— Зато действенно.

— Учитесь у меня?

— К сожалению.

Она смотрела на него долго.

Потом резко повернулась к Эмме.

— Ты идёшь с ними.

Эмма не дрогнула.

— Да.

— Не геройствовать.

— Да.

— Если пахнет ловушкой — уходите.

— Да.

— Если этот профессор начнёт командовать слишком красиво — не верь, пока не проверишь.

Рейвенор закрыл глаза.

Эмма кивнула:

— Да.

— Лиззи, Оливер — с ними. Ничего не брать лишнего. Ничего не говорить лишнего. Если Пайк попытается сбежать…

Она повернулась к Рейвенору.

— Вы знаете, что делать.

Он кивнул.

— Знаю.

Пауза.

Амелия шагнула ближе к нему и сказала тихо, чтобы слышал только он:

— Верните мне адрес.

Его взгляд на секунду стал совсем другим.

Не холодным.

Не профессиональным.

— Верну.

— И людей.

— Постараюсь.

— Нет, доктор Рейвенор. Не «постараюсь».

Он понял.

Кивнул.

— Верну.

Она отступила.

— Тогда идите.

Они ушли через пять минут.

Дождь снова начал накрапывать, когда дверь закрылась за Рейвенором, Эммой, Лиззи и Оливером. Амелия осталась в прихожей, чувствуя, как пальцы впились в собственные ладони.

Анна подошла рядом.

— Ты правильно сделала.

— Ненавижу правильные решения.

— Знаю.

— Если с ними что-то…

— Не начинай.

Амелия резко выдохнула.

— Что Софи?

— Шьёт. И ждёт.

— Все ждут.

Анна посмотрела на дверь.

— Да.

В доме стало иначе.

Не тише.

Острее.

Каждый звук теперь казался слишком громким. Крышка на кухне. Шаги Мэгги. Плач младенца. Шорох иглы Софи. Дождь по стеклу.

Амелия поднялась в кабинет.

На столе лежала схема.

Уоткинс. Брайс. Мэллоу. Пайк. Лили.

Она взяла перо и рядом написала новое имя:

«Кто выше?»

Потом ниже:

«Почему дети?»

Потому что деньги.

Потому что стыд.

Потому что бедность.

Потому что общество охотно закрывает глаза на то, что само же создало.