Книга Цена дыхания, страница 77 – Людмила Вовченко

— Особенно если там трупы. Живым в таком доме спать вредно.

Он посмотрел на неё иначе.

Не мягко. Нет.

Серьёзно.

— Вы понимаете, что я обязан буду передать сведения властям, если обнаружится преступление?

— Да.

— Даже если это разрушит ваш дом.

— Это не мой дом, если он стоит на спрятанных детях.

Слова вышли сами.

И только после этого Амелия поняла, что сказала.

Эмма медленно опустила перо.

Рейвенор не отвёл взгляд.

В комнате стало так тихо, что слышно было, как где-то в детской Мэри напевает младенцу — не мелодию даже, а несколько повторяющихся нот, тихих, неуверенных. Ребёнок посапывал. На кухне Марта отчитывала Джеймса за то, что он смотрит на пирог слишком голодными глазами. Анна что-то спокойно объясняла Софи. Дом работал.

И эта работа вдруг стала ответом.

Рейвенор медленно сказал:

— Тогда я проверю Уоткинса.

— Хорошо.

— Но взамен мне нужны копии всех подобных записей.

— Получите.

— И доступ к новым книгам.

— Под моим наблюдением.

— Вы всё ещё мне не доверяете.

— Вы всё ещё мужчина с полномочиями.

— Это не преступление.

— Но фактор риска.

Он вздохнул.

— Вы невозможны.

— Это тоже уже записать?

Эмма вдруг тихо сказала:

— Я могу завести отдельную книгу фраз, мэм.

Амелия повернулась к ней.

— Предательница.

Эмма улыбнулась — уставшая, бледная, но уже не испуганная.

Рейвенор смотрел на них, и Амелия впервые увидела на его лице не только интерес. Что-то ещё. Понимание, может быть. Или удивление от того, что в доме с такой репутацией женщины шутят не от бездушия, а чтобы не согнуться.

— У вас необычная команда, — сказал он.

— Я подбираю по принципу: полезные, упрямые, способные пережить мой характер.

— А я по какому принципу здесь оказался?

Амелия посмотрела на него.

— Вы пока на испытательном сроке.

Он замер на полсекунды.

Потом рассмеялся.

Не громко, но достаточно, чтобы Эмма снова уткнулась в записи, пряча улыбку.

— Испытательный срок? — переспросил он.

— Конечно. Вы думали, только вы нас проверяете?

— Я профессор медицины и консультант санитарного управления.

— Вот именно. Подозрительный набор. Такие люди часто оказываются бесполезными в реальной комнате с настоящим ребёнком.

— Вчера я держал настоящего ребёнка.

— И не уронили. Первый плюс.

— Щедро.

— Не привыкайте.

Он подошёл ближе к столу, положил ладонь рядом с книгой, но не касаясь её.

— И сколько длится мой испытательный срок?

Амелия подняла глаза.

Он стоял слишком близко.

Опять.

Она чувствовала запах дождя от его одежды, слабый табак, чистое мыло, кожу перчаток. В комнате было достаточно места, чтобы он стоял дальше. Он выбрал это расстояние намеренно или просто не заметил? Нет, заметил. Такие мужчины замечают всё. Значит, проверка.

Ну что ж.

Она не отступила.

— Пока не перестанете раздражать.

— Боюсь, тогда он будет пожизненным.

— Не исключено.

Пауза.

Воздух между ними стал плотнее.

Эмма вдруг очень громко перевернула страницу.

— Ой, — сказала она без тени убедительности. — Чернила.

Амелия не глядя сказала:

— Эмма, если ты сейчас пытаешься спасти мою репутацию, делай это тоньше.

— Я спасаю чернила.

— Чернилам тоже стыдно.

Рейвенор отступил первым.

Амелия внутренне выдохнула.

Не потому что испугалась.

Потому что тело опять предало её лёгкой горячей волной под кожей.

«Прекрати», — мысленно сказала она себе. — «У нас пропавшие дети, проверка, документы и мужчина, который может закрыть всё одним докладом. Не время замечать его руки».