Онлайн книга «Крапива»
|
— Матушка здесь, сынок. Матушка здесь… Шёпот лишал его воли, ноги и руки стали как чужие. И Шатай уже не думал о том, как попал в шатёр и отчего так горчит на языке. * * * — Что ты сотворила со мной? Крапива лежала, боясь шелохнуться. Сковавшие её побеги ощетинились колючими листьями. Травознайка поняла: двинется – и они обожгут её не хуже, чем проклятье жгло всех, кто к ней прикасался. — Я? – Байгаль заливисто засмеялась, ажно завалилась на спину. – Я не делала ничего, девочка. Всё, что с тобою сталось, ты сотворила сама. — Ты опоила меня! Здесь ведьма не стала спорить: — Опоила. Но не отравила. – В доказательство своих слов она сделала длинный глоток из чаши, в которой подавала зелье. – Когда пьяный муж бьёт жену, в том винят хмельное? Или трактирщика? Или зло всё же сидело в муже? Побеги крапивы зашевелились и поползли выше коленей. Травознайка обмерла. — Во мне… сидит зло? Матушка права была… Байгаль играючи коснулась жгучих листьев. Кожа её сразу покраснела, но ведьма не закричала, а лишь подула на ладонь. — Зло, добро… В тебе сидит сила, девочка. И лишь Рожанице известно, на что ты её пустишь. — Я молилась Рожанице… Но она оставила меня! Испытывала снова и снова и… — Привела ко мне, – докончила Байгаль. – Неужто думаешь, зря? Крапива дёрнулась схватить ведьму за плечо, но вьюнок угрожающе затянул петли. — Тогда помоги! – попросила она. – Если всё не зря, то зачем ты делаешь это со мной? — Я делаю? Придумаешь тоже… И верно – аэрдын. Проклятая трава сильнее стискивала свои объятия, укрывала напуганную девку… — Верно, – признала Крапива. – Аэрдын. Верно. От меня одни беды. Я виновна во всём, что сделалось… Если бы… Если бы Влас тогда взял, что хотел… Если бы я не отбилась, ничего не случилось бы… Я правда аэрдын! Я проклятая… Вдруг в шатре потемнело, а зелёные глаза Байгаль так и остались сверкать изумрудами. Пропала улыбчивая девчушка, очаг, подушки и юрта. Остались лишь эти глаза и невидимая сила, что окружала их. И рёв, что она издала, не был человеческим. — Так-то ты ценишь благословение Богини?! Аэрдын – не проклятая. Аэрдын на языке, что позабыт людьми, – наделённая. Ты сама превратила свой дар в проклятье, неблагодарная! Крапива закричала и забилась. Трава ужалила её, обвила по грудь, лишая воздуха. Казалось, вот-вот заберётся в глотку, задушит… — Боишься? Ты всегда боялась! Вы, люди, подчиняетесь страху, падаете пред ним на колени и вершите зло! Из страха вы разграбили степь, из страха превратили её в Мёртвую землю! Из страха убиваете друг друга, и не ведаете, что тем лишь множите ужас! Свет возвращался и снова пропадал, а образ Байгаль всякий раз менялся. То стояла в шатре юная девчушка, то древняя старуха, то женщина невероятной красоты, то огромная рябая кошка… Неизменны оставались лишь глаза. Колдовские глаза, глаза самой Степи. Травознайка рванулась и взвыла от боли: листья жгли, но оставаться недвижимой было выше её сил. Она схватилась за стебли, дёрнула, что есть мочи, и поняла, что побеги растут прямо из неё. Крапива рвала их снова и снова, то те лишь множились. — Хватит! Прекрати! Не хочу тебя слушать! Байгаль гремела, рычала, жужжала. — Не хочешь слушать? Но ты и не пыталась! Ты… все вы заглушаете песнь, что я пою для вас! Я просила, умоляла, звала, но вы не слушали! Вы никогда не слушаете! |