Книга Герцог для Дианы, страница 30 – Сабрина Джеффрис

— А, точно! — Она взглянула на старшую сестру. — Сейчас вспомнила, что рассказала только Элизе. Но да, я видела его на балу у леди Каслри. И опять лакей, к которому я обратилась, отказался назвать мне его имя. Вообще-то, он заявил, что не понимает, о ком я говорю. Это просто абсурдно. Кто-то ведь должен был видеть его, знать, кто он такой.

Верити настаивала, что вот уже на нескольких мероприятиях, в которых они участвовали, видела одного и того же человека, но он всегда скрывался в коридорах. Сестра не сомневалась, что он готовился совершить какое-нибудь злодейство, и однако при этом был прекрасно одет и выглядел, как джентльмен. Так насколько же злодейским может быть это злодейство?

— Все-таки я продолжаю утверждать, что он работает на Министерство иностранных дел, выискивает в высшем обществе французских шпионов, — сказала Элиза.

— Да пусть он будет хоть фокусником из цирка, — отмахнулась Верити. — Я просто хочу знать его имя.

— А почему он появляется только возле тебя? — спросила Элиза. — Должен же кто-нибудь еще обратить на него внимание.

Сестры принялись строить домыслы на этот предмет, оставив Диану сидеть в благословенном молчании. Они явно не были готовы серьезно обсудить новых клиентов. Их трудно было в этом упрекнуть. У них еще никогда не появлялось подобной парочки; требовалось немало потрудиться, чтобы направить брата и сестру Брукхаус в правильном направлении, когда даже их мать не имела представления, как вести себя в свете.

Но Диана по меньшей мере должна была выяснить, что именно делает гражданский инженер и как получилось, что этим ремеслом занялся внук виконта.

Завтрашний день обещал много интересного.

Пока мать и сестра строили планы на следующий день, Джеффри хмуро глядел в окно. Завтра ему придется что-то придумать, чтобы улизнуть из дому, когда к ним в особняк приедут «Элегантные события». Оценка Леди Надменности, данная его соответствию образу джентльмена, продолжала жечь душу, и он не собирался давать ей новый шанс себя унизить. Язык этой женщины умел оставлять ожоги на мужской коже.

Не говоря о том, как воспламенились другие члены его тела. Страшно не хотелось признаваться себе, но губы у нее были самого соблазнительного вида. А этот сладенький кончик языка… Каждый раз, когда она лизала карандаш, он не мог не представлять себе, как она лижет головку определенной части его тела.

Помоги ему, господи! Спор с ней оказался настолько возбуждающим — он даже не представлял, что такой эффект может произвести на него благородная леди, несмотря даже на все оскорбления! Больше такого допускать нельзя, как бы это его ни волновало. Слишком опасно!

Кстати говоря, она была не так уж неправа насчет того, что ему требуется более модная одежда. Он отложил решение этого вопроса до поездки в Лондон, но теперь оттягивать было уже нельзя. Вот-вот начнется сезон, и нужда в паре новых брюк становилась отчаянной — в особенности если ему придется повсюду сопровождать Рози, у него был один приличный костюм, но он предназначался для завтрашнего ужина в Обществе гражданских инженеров.

— Что-то ты затих, — обратилась к нему мать. — Все хорошо, сынок?

— Все прекрасно. Или будет прекрасно, как только дебют останется позади.

— Ты в любой момент ты можешь поменять решение насчет «Элегантных событий», — беспечно заявила Рози. — Мы вернемся в Ньюкасл, и я буду ухаживать за тобой до конца наших дней.