Книга Инспектор артефактов, страница 37 – Даниил Светлов

Я ничего не ответил.

— Ну не молчи же, — она поставила чашку. — Ты сам говорил, это опасно. Зачем тебе?

— Потому что некуда отдавать, — сказал я. — Контора не место для таких вещей. Там они становятся отчётами. А отчёты — это бумага. А бумага не спасает.

Она хотела спросить ещё, но я уже пошёл в гостиную.

Тайная комната открылась с телефона. Стена сдвинулась.

Большинство вещей здесь напоминали о Глебе. Вон тот нож в потёртых ножнах — мы нашли его вместе на выезде под Тихвином, Глеб сказал тогда: «Забери, пригодится». Стопка старых карт с его пометками на полях — он учил меня читать не только местность, но и то, что скрыто за ней. Амулет на дальней полке — подарок с того самого дня, когда я получил допуск «А». Глеб не умел дарить что-то просто так, без смысла. Каждая вещь была уроком. Или предупреждением.

Я положил Ловец на среднюю полку. Закрыл комнату. Вышел.

Настя уже не сидела на кухне — стояла у окна в коридоре, сжимая в руках сумку. Ждала, пока я выйду.

— Я пойду, — сказала она, как будто проверяя, остановлю ли я её. — Мне на работу.

— Я провожу.

— Не надо. — Она посмотрела на меня. В глазах — усталость и страх, которые она пыталась спрятать. — Ты разберёшься с этим? С Андреем?

— Разберусь.

Она кивнула, открыла дверь и вышла.

Я остался стоять в коридоре. Василиса подошла, ткнулась носом в мою щиколотку.

За окном шумел город. А где-то Глеб. И Андрей. И три недели, которые Морозова с Чёрным мне дали — слишком мало, чтобы всё это удержать.

Я закрыл глаза на секунду. Потом открыл.

Дело не терпело. И я тоже.

1.

На следующий день меня снова вызвали к Морозовой, и это было странно — мы говорили всего несколько дней назад, и тогда разговор был исчерпывающим. Ультиматум, три недели, Чёрный с его «ресурсами». Я ещё не придумал, что делать с Настей, но, видимо, у неё появилось что-то более срочное.

Горелов заглянул в кабинет без стука и сказал, что меня ждут в Адмиралтействе. Я закрыл ноутбук, взял куртку и вышел.

В кабинете Морозова сидела за столом, а Чёрный, как всегда, в кресле у стены, в очках.

— Ситуация изменилась, — сказала Морозова без предисловий. — Глеб активизировался. Андрей тоже. Они не связаны, но двигаются в одном направлении. А мы не можем сидеть сложа руки.

Она сделала паузу, и в этой паузе до меня дошло. Они знают про звонок Глеба. Знают про угрозы Андрея. Значит, поставили на прослушку — может, недавно, может, на эти три недели, которые мне дали. Я не удивился. Удивление заканчивается где-то на пятом году службы.

Дальше остаётся только понимание: ты никогда не один. Даже когда уверен, что один.

— Мы отправляем тебя в Индию, в Варанаси, — продолжила она. — Там, по нашим данным, хранится Нож. Один из четырёх.

— Забрать? — спросил я.

— Нет, — ответил Чёрный. — Индийцы не позволят. У них своя Контора, свои правила, и мы не будем с ними ссориться. Твоя задача — проверить, что Нож действительно там и что его не подменили. Посмотреть, убедиться, доложить.

Он помолчал.

— Василису возьми с собой. Задание может быть опасным, она поможет тебя защитить. Мы не знаем, что именно ждёт тебя в Варанаси, но с ней у тебя больше шансов.

Я кивнул. Это было понятно и не требовало лишних слов.

— Настя летит с тобой, — добавила Морозова.