Книга Невеста по ошибке, или Попаданка для лорда-дракона, страница 90 – Лира Серебряная

— Нет, — послышался голос Рика в коридоре.

Потом, тишина. Потом, только пульс. Один. На двоих.

* * *

Три дня до отъезда.

Марисса осваивалась быстрее, чем я ожидала. Она умела то, чего не умел никто в замке: организовывать бумаги. Не считать — сортировать, подшивать, создавать систему из хаоса. Канцелярия Ашфроста стала её полем битвы.

— Это катастрофа, — сказала она, стоя посреди канцелярии, заваленной пергаментами по колено. — Но поправимая.

Рик посмотрел на неё с одобрением. Молчаливым, рикианским.

— Полки у южной стены, — сказал он. — Свободны.

— И ярлыки. Мне нужны ярлыки. Много.

Они работали вместе тихо, слаженно. Баланс сидел на верхней полке и наблюдал с видом существа, которому совершенно всё равно.

Я составила список на Совет. Аудит, готов. Формулы, готовы. Свидетельства Мервина, записаны. Марисса, готова. Баланс жевал угол пергамента с резолюцией Кайрена.

— Ты остаёшься дома, — сказала я виверну.

Баланс фыркнул. Серебристая искра вылетела из ноздрей и подпалила край моего рукава.

— Тем более остаёшься.

Гардана привезли на рассвете.

Я стояла у окна библиотеки и смотрела, как двое людей Торена ведут его через двор. Не в кандалах, без верёвок. Просто двое здоровых мужчин по бокам от одного нездорового. Гардан шёл, сутулясь, и его ноги загребали по камню, как у человека, который давно не спал и давно не решался остановиться.

Тесса принесла мне чай и встала рядом.

— Его нашли в пастушьей хижине за перевалом, — сообщила она. — Торен говорит, он не прятался. Сидел у потухшего очага и ждал.

— Ждал чего?

— Непонятно. Торен спросил, Гардан не ответил. Просто встал и пошёл с ними.

Человек, который не бежит и не сдаётся. Которого отослали на пастбище, чтобы не мешал, а он вернулся, узнал правду и ушёл сам, в горы, в никуда. Странное поведение для шпиона.

Впрочем, я бухгалтер, а не следователь. Моё дело — цифры. Но цифры человеческого поведения тоже поддаются анализу, если знаешь, куда смотреть.

— Тесса, узнай у Мэг, завтракал ли он. Если нет, пусть покормят. Допрос на пустой желудок — плохая методология.

Тесса округлила глаза.

— Миледи, вы собираетесь его допрашивать?

— Я собираюсь с ним поговорить. Это разные вещи. Допрос — это когда ищут виноватого. Разговор — это когда ищут правду. Разница — в стуле. На допросе стул жёсткий, на разговоре — мягкий.

— А чай?

— На разговоре — обязательно.

Тесса ушла. Я допила свой, холодный, горький, забытый за формулами, и пошла вниз.

* * *

Гардана поместили в комнату на первом этаже, рядом с караульной. Не подвал, не камера. Обычная комната: кровать, стул, стол, окно с решёткой, которой, впрочем, хватило бы разве что от голубя. Кайрен сказал: «Он не преступник, пока я не решу иначе». Торен сказал: «Мой человек стоит за дверью». Рик сказал: «Чай будет через пять минут». Три мужчины, три подхода, один результат: Гардан сидел в тёплой комнате, на мягком стуле, и молчал.

Молчал он уже вторые сутки.

Торен пробовал первым. Я наблюдала из коридора, через дверь, которую Рик предусмотрительно оставил приоткрытой. Капитан стражи сел напротив Гардана, положил на стол руки, каждая размером с окорок, которые Мэг подавала по праздникам, и спросил:

— Когда тебя завербовали?

Гардан смотрел в стол.

— Кто вербовал?