Книга Невеста по ошибке, или Попаданка для лорда-дракона, страница 88 – Лира Серебряная

Вирена приподняла бровь.

— Вы нашли виверна? Живого?

— Живого, серебристого и очень кусачего. Сейчас спит на плече моего управляющего.

— Виверны, — сказала Вирена медленно, будто доставая слова из дальнего ящика памяти, — это малые драконы. Не дракари, не оборотни. Обычные магические существа, только очень редкие. Последнего дикого виверна видели лет сто пятьдесят назад в Восточном пределе. Считалось, что они вымерли. Если Элара хранила яйцо в запечатанной комнате, значит, нашла где-то и берегла. Печать остановила время внутри, а ваше числовое зрение запустило его обратно. Вы будили формулу якоря, когда разрушали проклятие? Тот же принцип: ваши числа касаются спящей магии, и она просыпается.

— То есть он не ребёнок Кайрена? Не потомок дракари?

— Нет. Виверн и дракари соотносятся примерно как домашняя кошка и тигр. Общий предок где-то в глубине веков, но не больше. Ваш виверн вырастет размером с крупную собаку, может быть, чуть больше. Будет летать, плеваться искрами, чуять магию на расстоянии. Полезное существо. Но дракари из него не получится.

Полезное существо. Баланс, который вчера уронил чернильницу на мою голову и съел угол отчёта Мервина, полезное существо. Ладно.

— Второй вопрос. Иллара.

Вирена замерла. Впервые за весь разговор на её лице мелькнуло что-то похожее на боль.

— Элара попала в тело Иллары Дель'Арко. В настоящее тело, не в оболочку. Как это работало? Куда делась Иллара?

Вирена молчала долго. Потом заговорила, и голос у неё был другой, тише и глуше, без обычной стали.

— Иллара была моей двоюродной прабабкой. Она болела. Долго, тяжело, безнадёжно. Что-то в крови, наши лекари не умели лечить, а маги не хотели. Ей оставалось несколько месяцев, и все они были бы мучительными. Когда Элара появилась, появилась из ниоткуда, без тела, без формы, просто голос и числа в воздухе, Иллара сама предложила ей сделку. Тело в обмен на лёгкий уход. Элара забрала тело, а Иллара ушла во сне, без боли. Добровольно. Об этом знала только семья.

— Добровольно, — повторила я.

— Да. Иллара была сильной женщиной. Она выбрала, как умереть, и выбрала, кому отдать то, что ей больше не нужно. Элара не вытеснила её. Иллара впустила.

Я кивнула. Значит, Элара не совершила ничего чудовищного. Иллара умирала и передала тело как наследство, осознанно. А я вообще попала в пустую оболочку, в конструкт без души. Никого не вытеснила, ни у кого не отняла.

Почему-то от этого стало легче дышать.

Она отпустила мой локоть и пошла по коридору. У поворота остановилась.

— Маша. Моя дочь жива, потому что я отправила оболочку. А Ашфрост жив, потому что в эту оболочку попала ты. Если это не баланс, то я не знаю, что такое баланс.

Ушла. Я стояла в нише у окна и считала — не цифры, а факты, и фактов набралось на целый кризисный отчёт. Оболочка временная, восемь лет до разрушения, золотой контракт неизвестно к чему привязан. Проклятие снято, но тело — расходный материал с истекающим сроком.

Бухгалтеры справляются с дедлайнами. Даже с такими.

* * *

Кайрен и Марисса встретились за ужином. Формально, коротко, при свидетелях — я, Рик, Вирена, Ольвен.

Марисса увидела Кайрена и не испугалась. Это было первое, что я заметила. Другие вещи, которые я ожидала, — смущение, робость, восхищение, тоже отсутствовали. Вместо них — что-то похожее на узнавание.