Книга Тень моей сестры, страница 25 – Дженюари Гилкрист

— Вот ваша комната, мисс, – произнесла она, обращаясь ко мне, видимо, решив по властному тону Виктории, что та и есть настоящая леди Стэнли.

На прикроватной тумбочке стояла ваза, полная роз с уныло поникшими головками. Спертый воздух комнаты был наполнен их землистым ароматом.

— Брант принесет ваш саквояж. А сейчас, леди Стэнли, я провожу вас в вашу комнату.

Не успела я сдвинуться с места, как ногти Виктории впились мне в запястье.

— Пойдем посмотрим на мою комнату, – подмигнула мне она.

Дойдя до противоположного конца коридора, Энни буквально вздрогнула, распахивая дверь в покои леди Стэнли.

Энни и Виктория зашли внутрь, я же задержалась у порога, словно желая скрыть правду. Что я и есть леди Стэнли, как бы отвратительно мне это ни было.

Почти все пространство комнаты занимала огромная кровать под балдахином из пурпурной ткани на резных столбах красного дерева. В углу возвышалось круглое кресло с цветочным орнаментом, отделанное той же плиссированной тканью, что и дамасские шторы.

С потолка свисал, расправив в полете пятнистые крылья, пепельно-серый ястреб, сжавший когти, готовые схватить добычу. Когда он медленно качнулся на своей почти невидимой нити, пронзив меня взглядом своих стеклянных бусинок-глаз, я вздрогнула.

Заметив испуганное выражение моего лица, Виктория засмеялась. Лицо Энни приняло изумленное выражение.

— Что-то не так? – Смущение в ее голосе вызвало очередной приступ смеха Виктории, причем на этот раз я тоже не смогла удержаться.

— Все в порядке. Приготовь нам, пожалуйста, ванну, – распорядилась Виктория.

— Банный день у нас в понедельник. – Ресницы Энни задрожали, руки судорожно сжали ткань платья.

Наш смех повис в воздухе.

— Простите?

— Банный день – в понедельник, а сегодня четверг, – медленно ответила Энни, продолжая сжимать в кулаках подол своего платья. – Миссис Вашингтон никогда не отступает от правил.

— То есть ты хочешь сказать, что хозяйке дома после десятидневного путешествия не позволено принять ванну, потому что это не соответствует распорядку, установленному домоправительницей? – Голос Виктории был столь же холоден, как и воздух, наполняющий комнату.

Я провела пальцем по выцветшему узору на обоях. Потом еще раз, и еще. Скрежет ногтя по бумаге был единственным звуком в абсолютной тишине комнаты.

Лицо Энни исказилось, и мне стало по-настоящему жаль ее. Я ненавидела Викторию за ее манеры, а еще больше ненавидела себя за то, что во всем полагалась на нее.

— Думаю, миссис Вашингтон изменит расписание специально для этого случая. Ведь мы только что совершили продолжительное путешествие, – вмешалась я прежде, чем Виктория смогла произнести хоть слово.

Сделав шаг в сторону, сестра сделала мне знак: молчи. Энни перевела взгляд с меня на Викторию, и ее плечи безвольно опустились.

— Вы еще не знаете миссис Вашингтон, – пробормотала она.

Спор по поводу ванны Виктория в какой-то степени выиграла, добившись того, что Энни все же принесла нам пару намоченных горячей водой полотенец, принятых нами с благодарностью.

Несмотря на то что в комнате леди Стэнли было чуть теплее, чем в остальном доме, пальцы мои напоминали ледышки.

Я провела быстро остывающим полотенцем по спине Виктории, поднявшей волосы, чтобы не намочить их. Сидя на палубе парохода, я мечтала оказаться где угодно, лишь бы не там. Теперь же я мечтала снова оказаться на корабле. Бесконечность океана вселяла в меня веру в то, что время можно остановить.