Книга Тень моей сестры, страница 26 – Дженюари Гилкрист

— А я-то ждала, что лорд Стэнли сам встретит нас, – произнесла Виктория с ноткой осуждения.

Я молча кивнула, зная, что она поймет меня, даже не видя моего жеста. Глядя на стоящую посреди комнаты кровать, я почувствовала звон в ушах, вспомнив все подробности первой брачной ночи. Сколько раз мне предстоит пройти через это? Пока я не забеременею? От одной мысли об этом я съежилась в комок.

— Помнишь того возницу? – негодующе продолжала Виктория. – Как он себя с нами грубо вел! А домоправительница? Неужели мы должны терпеть подобное отношение к себе со стороны слуг?

Я промолчала, зная, что, когда Виктория в таком настроении, любые мои слова вызовут лишь еще большее недовольство. Мысленным взором я продолжала видеть перекошенный рот домоправительницы и несчастное лицо Энни. Пусть Виктория сама разбирается с ними, ей это больше подходит.

— Позвони в колокольчик и спроси эту дурочку, когда подадут ужин, – распорядилась Виктория, сидя перед мутным зеркалом у тусклого комода.

Я продолжала лежать на кровати. Усталость парализовала меня, и я не представляла, как смогу выйти за пределы этой комнаты.

— Разве мы не можем потребовать, чтобы нам принесли еду сюда? – спросила я.

— В первую ночь? Невозможно, – твердо ответила сестра.

Где-то под нами раздался звон колокольчика, и я вскочила с кровати.

— Это что, звонок к ужину?

— Мы так и будем сидеть здесь всю ночь? – спросила Виктория.

Я пожала плечами.

Порядки Харевуда навсегда запечатлелись в моей памяти. Я заранее знала момент, когда Харролд даст звонок, созывающий всех его обитателей к ужину. А если я чего-то не знала, то всегда могла спросить миссис Джонс.

Я сделаю все возможное, чтобы вернуться в Харевуд, поклялась я, глядя на покрытый пятнами потолок над кроватью. Я не знала, как этого достичь, но была уверена в том, что как-нибудь справлюсь с этой задачей.

Я посмотрела на Викторию, сосредоточенно поправляющую перед зеркалом свою безупречную прическу. Ей роль леди Стэнли подходила гораздо больше, чем мне.

Закончив, она встала и взяла меня за руки, как мы обычно делали дома перед ужином, и глаза мои наполнились жгучими слезами.

— Только не это, Ади, – произнесла сестра разочарованным тоном.

— Не буду, – кивнула я, не в силах сдержать рыдания.

Разведя руки в стороны, она обняла меня, и так мы стояли, покачиваясь, и мурлыча песенку, которую пела миссис Джонс, когда нам бывало плохо.

— Очень уж ты худая, – произнесла Виктория, проводя руками по моим плечам. Отстранившись, она нахмурилась. – Не нравится мне это.

* * *

Мы шли по коридору, чувствуя себя как дети, нарушающие очередное бессмысленное правило, придуманное взрослыми. Остановившись перед лестницей, мы прислушались, ловя каждый звук, который мог подсказать нам, куда идти. Ничего не услышав, мы спустились в гостиную. Увидев потертую грязную веревку, свешивающуюся со стены среди развешанных на ней рисунков и бра в форме морских раковин, Виктория потянула за нее с озорной улыбкой. Затем, увидев в дальнем конце гостиной запертую дверь, сестра подошла к ней, и мы вошли в следующую комнату.

— Ох! – сорвался с моих губ возглас удивления.

Посреди комнаты до самого потолка возвышалась высеченная из черного мрамора статуя женщины в юбке из травы, груди которой свисали до самого пояса, а на стене позади нее висели наброски женщин разной степени обнаженности.