Книга Любовь & Война, страница 93 – Мелисса де ла Круз

— Мы теперь, похоже, многое делаем без предварительной договоренности. Нью-Йорк еще не пришел в себя после недавних мучений.

— Несомненно, порядок скоро будет восстановлен.

— Не сомневаюсь. Но мне кажется, что мы успеем завести немало новых традиций. – С этими словами Элен отступила. – Пожалуйста, позвольте представить вам моего мужа, мистера Джона Резерфорда, и моего дядю, мистера Говернера Морриса.

Элиза сначала пожала руку Джону, а затем и Говернеру. Джон показался ей добродушным парнем, которого лишь заметная ямочка на подбородке спасала от простоватости. Как и говорила Пегги, Говернер, в отличие от него, был довольно молод, не более чем на пару лет старше нее, и являлся обладателем пронзительного взгляда и выдающегося носа. Его густые темные волосы были зачесаны назад и собраны в короткий хвостик, лишь придававший ему щегольства. Элиза сочла его абсолютно очаровательным, а его присутствие лишь подчеркнуло отсутствие Алекса, на которое ее сердце отзывалось глухой болью.

— Го-о-вер-не-ер, – медленно, по слогам произнесла она его имя. – Французские корни?

Говернер обезоруживающе улыбнулся.

— Да, со стороны матери. Когда-то это имя произносилось как «Гу-ве-нор», но мы, американцы, закрутили его по-своему.

— Очаровательно. Само собой, фамилия Моррисов тоже производит впечатление повсюду. Мы с мужем обручились в Морристауне, Нью-Джерси, который, как я полагаю, был назван в честь вашего… деда, не так ли? – спросила она.

— Льюиса Морриса, да. Не путать с отцом Элен, моим старшим братом, которого тоже зовут Льюис.

— Простите мне мои слова, но вы больше похожи на брата миссис Резерфорд, чем на дядю, – сказала Элиза с улыбкой.

Он добродушно усмехнулся в ответ, и стало понятно, что этот гость полностью покорен живостью хозяйки дома.

— Первая жена моего отца умерла, и лишь спустя довольно продолжительное время он женился на моей матери и снова завел детей. Отец Элен, мой сводный брат, на двадцать шесть лет старше меня.

— Ах, все понятно. Мне также следует поблагодарить вас от лица солдат Континентальной армии. Муж говорил, что благодаря вашим реформам условия службы наших ребят значительно улучшились.

Говернер скромно улыбнулся.

— Мы все внесли свой вклад. Я слышал, что ваши благотворительные сборы одели больше солдат, чем все портные и галантерейщики Нью-Йорка и Нью-Джерси вместе взятые, так что позвольте мне, в свою очередь, поблагодарить вас, – сказал он с поклоном.

— О, Стефан, – продолжила Элиза, повернувшись к зятю, – позвольте мне поблагодарить вас за то, что привезли Пегги в город. Так приятно видеть родное лицо в этом потрясающем, но пока чужом мне городе.

В девятнадцать Стефан стал больше походить на мужчину. Тело его утратило юношескую худосочность и окрепло, а бакенбарды на щеках и щетина на подбородке хоть и не походили на настоящую бороду, но делали лицо более зрелым.

— Я? Привез куда-то Пегги? – Он хмыкнул. – Уверяю вас, я всего лишь следовал за вашей великолепной сестрой и старался сделать путешествие комфортным, насколько это возможно.

Сколько бы ему ни исполнилось, Стефан, как обычно, изъяснялся в излюбленной манере пожилого мэтра. Возможно, на него оказывала влияние мысль, что он станет во главе рода, как только достигнет зрелого возраста. Сейчас это казалось милым, но Элизе стало интересно, будет ли это таковым, когда ему стукнет сорок.