Книга Барышня из забытой оранжереи, страница 73 – Лилия Орланд

— Доброго дня, – поздоровалась я, садясь за стол.

— Детонька, что ж ты не сказала, что пригласила господина Горта к нам, я бы велела заранее подготовить комнату, – мягко выговорила мне Азалия.

— Простите, тётушка, – повинилась, потянувшись за сдобой, и добавила, прежде чем откусить: – Как Марка увидела, всё остальное из головы вылетело.

— Ксения! – возмутилась она.

Однако я проигнорировала предупреждающие нотки в её голосе. Потому что заскрипели ступени, и на террасе показался сам Берри. Держался он прямо, почти не морщился при движении. Обе руки свободно свисали вдоль тела, как у здорового. Правда, и опереться на перила, расположенные, как назло, с левой стороны, Марк не решился.

Да и бледность лица выдавала его состояние.

Азалия точно заметит и перепугается. Подумав, я решила, что лучше всего преподнести эту ситуацию с иронией.

— А вот и он – герой дня, – я указала на Марка и попросила: – Доктор Горт, вы не могли бы осмотреть племянника госпожи Берри? Кажется, он ушиб руку.

Марк зыркнул на меня недобро.

— Ушиб руку? Марк, дорогой, что случилось? – переполошилась Азалия.

— Ничего такого, о чём стоило бы переживать, тётушка, – успокоила её я, – просто молодой господин оказался менее умным, чем думал.

Марк отчётливо скрипнул зубами.

— Тётя Азалия, – почти ровным голосом произнёс он, одновременно бросая в меня испепеляющий взгляд, – Ксения права. Ничего серьёзного. Помнишь, в детстве я упал с дерева?

Госпожа Берри кивнула.

— Как не помнить, ссадина у тебя была знатная, а потом синяк.

— Так вот, тогда было больнее, – заключил он. – Госпоже Горбуновой нравится преувеличивать, а ещё она чересчур язвительна для своих лет.

На лице Азалии вдруг расцвела улыбка.

— Ну и хорошо, что не сильно ушибся. Но я бы всё равно попросила вас, доктор Горт, осмотреть Марка.

— Разумеется, госпожа Берри. Тем более я по старой привычке прихватил с собой лекарский саквояж. Совсем забыл, что еду в гости, а не по работе, представляете?

Марино хорошо играл. Не хуже Марка. Оба ушли, чтобы провести осмотр наедине. Похвальная скромность.

Тётушка проводила их взглядом, а потом устремила его на меня.

— Ну а теперь рассказывай, что натворил этот негодник Марк, и зачем ты пригласила врача?

Я чуть не подавилась сдобой. Вот как ей удаётся быть одновременно такой расслабленной и при этом наблюдательной?

Однако признаваться в своих интригах я не собиралась. Выдала заранее подготовленную версию.

— Он очень приятный человек и доктор хороший. Вчера помог мне в городе, был любезен. Ну и я…

— Неужели ты очаровалась врачом лишь потому, что он исполнил свой долг? – возмутилась она, неожиданно продолжив: – А как же Марк?

— Что Марк? – не поняла я.

Тётушка вдруг смутилась. Правда длилось это пару мгновений, за которые Азалия делала глоток чая. А затем она как ни в чём не бывало пояснила:

— Как Марк ушиб руку. Я это хотела узнать, а ты что подумала?

— Нет-нет, ничего. Просто не сразу поняла, – ответила я.

Ведь не может же быть, чтобы Азалия рассчитывала на что-то между мной и Марком? Это даже в мыслях звучало дико.

Я отмахнулась от подозрений и рассказала о вышке, первое испытание которой закончилось не слишком удачно.

Доктор вернулся один, оставив Марка отдыхать в его комнате.

— Ничего страшного, – успокоил Горт тётушку спокойным тоном профессионала. – Небольшое растяжение. Пара дней постельного режима, пара недель бережного обращения с рукой – и ваш племянник будет как новенький.