Книга Шёлковый переплёт, страница 88 – Натали Карамель

«Ты говоришь о контроле над моим разумом, — думал Ли Хён, — только потому, что сам его потерял — контроль над ситуацией и над моим здоровьем».

Он был мудрым правителем. И мудрость подсказывала ему, что в словах старого лекаря, как в любом яде, была толика правды. Да, сильные средства могли быть опасны. Да, доверять кому-то единоличный контроль над своим здоровьем — рискованно. Сомнение, крошечное и ядовитое, как семя плевела, упало в плодородную почву его разума. Он не верил в колдовские нити, но верил в природу власти и в то, что любое влияние нужно балансировать. И еще он верил в то, что самый ценный инструмент нужно оберегать, даже если для этого придется надеть на него наручники, сделанные из того же золота, что и его награда.

«Хорошо сыграно, Пак, — мысленно похвалил он лекаря. — Ты бьешь не в ее знания, а в мой страх потерять контроль. Это достойно уважения. Жаль, что твоя изворотливость не направлена в более продуктивное русло».

— Твоя забота тронула меня, Пак Мун Сон, — наконец произнес император, и его голос был ровным, но в нем не было и тени прежней теплоты. — Я ценю твою преданность.

Лекарь почтительно склонил голову, скрывая торжествующую улыбку. Он добился своего. Сомнение было посеяно.

— Однако, — продолжил император, и его слова прозвучали как удар гонга, — знания Хан Ари принесли трону неоценимую пользу. Было бы несправедливо и неразумно отказываться от них из-за… гипотетических опасений.

Он поднялся с ложа, его фигура вновь обрела властную осанку. Он принимал решение — не как человек, которому внушили страх, а как стратег, укрепляющий свои позиции. Решение, которое должно было удовлетворить бдительность придворных, обезоружить врага и защитить ценный актив — все одновременно.

— А потому я издам следующий указ, — провозгласил он. — Хан Ари сохраняет свой статус Помощницы в аптекарских покоях и все данные ей привилегии. Ее работа по систематизации знаний будет продолжена. Но… — Император сделал эффектную паузу, глядя прямо на Пака, — дабы развеять все кривотолки и обеспечить ее же собственную безопасность от необоснованных подозрений, отныне вся ее работа будет вестись под надзором специально приставленного слуги из канцелярии Амгун. Этот человек будет отвечать за логистику, учет трав и… за безопасность.

Это был гениальный компромисс. Со стороны это выглядело как уступка Пак Мун Сону — Ари ставили под контроль. Но на деле император убивал двух зайцев одним выстрелом. Он не отдавал ее под надзор врагам из медицинской фракции, а приставлял к ней человека своего брата — верного слугу Амгун, который будет не шпионить за ней, а защищать под видом надзора. Формально — для «избежания кривотолков». По сути — для прикрытия и дополнительной безопасности. Это был не замок на ее двери, а личная стража у порога.

Лекарь Пак понял это мгновенно. Его лицо осталось каменным, но в глазах мелькнуло осознание поражения. Он надеялся вырвать с корнем сорняк, а вместо этого его пересадили в самую укрепленную оранжерею дворца под охрану дракона. Он надеялся на ее изоляцию или хотя бы на передачу под контроль своих людей. Вместо этого ее еще прочнее привязали к самой могущественной силе во дворце — к принцу Ёнпхыну и его Амгун.

— Ваша мудрость безгранична, Ваше Величество, — пробормотал он, скрывая ярость за ширмой почтительности. Каждое слово далось ему ценой невероятного усилия, словно он глотал раскаленные угли.