Книга Врач-попаданка. Невольная жена дракона Генерала, страница 65 – Диана Фурсова

— Кто? — спросила она.

— Мира, миледи. Я принесла книги из бельевой кладовой… и кое-что ещё.

Алина выпрямилась.

— Входи.

Девушка вошла с двумя тетрадями под мышкой и маленьким свёртком в руках.

Лицо у неё было бледным, но в глазах горело то самое возбуждение, которое бывает у человека, нашедшего нечто важное и пока не решившего, радоваться этому или бояться.

— Что там? — спросила Алина.

Мира положила свёрток на стол.

— Нашла в коробе с вещами, которые велели убрать из северной гостевой, миледи. Между льняными чехлами. Я подумала… это надо вам.

Алина развернула ткань.

Внутри лежал женский медальон на тонкой цепочке.

Тёмный камень в оправе, знакомая работа, слишком тонкая для простой служанки.

Она уже видела такой.

Сегодня утром.

На шее у Селины Арден.

Медальон лежал у неё на ладони тяжёлый, тёмный, слишком знакомый.

Тот же овальный камень в тонкой оправе. Та же холодная глубина почти чёрного блеска. Та же работа, которую она уже видела утром — на шее Селины Арден, когда та вошла в малую столовую так, будто имеет право входить в любое помещение, где есть Рейнар. И вот теперь такой же медальон — или тот самый — лежал в свёртке, найденном среди вещей из северной гостевой.

Алина не сразу поняла, что сжимает его слишком сильно.

— Ты уверена, что нашла это именно там? — спросила она.

Мира кивнула мгновенно.

— Да, миледи. Между чехлами для кресел и стопкой льняных покрывал. В коробе, который велели убрать из комнаты после ужина. Я сперва подумала — брошка или пуговица. А потом увидела камень и вспомнила, что уже видела его у… — она запнулась.

— Договаривай.

— У леди Арден, миледи.

Очень хорошо.

Очень плохо.

Потому что вещь была слишком узнаваемой. Слишком удобной. Слишком кричащей: “смотрите сюда”.

Алина медленно положила медальон на стол рядом с бельевыми книгами, пустой бутылочкой из-под отвара и окровавленным полотном, которым недавно вытирала испарину со лба Рейнара.

Какая чудесная ночь.

— Больше ничего? — спросила она.

— Только это и книги, миледи. — Мира с тревогой посмотрела на неё. — Вы думаете, это правда её вещь?

Алина взяла один из платков, разложила его на столе и осторожно перенесла медальон на ткань, не касаясь камня лишний раз. Потом наклонилась ближе.

На застёжке виднелся едва заметный надлом. Старая работа, носили давно. И всё же на внутренней стороне оправы поблёскивал свежий след — будто украшение недавно открывали, чинили или резко срывали с цепочки.

— Думаю, — сказала Алина, — что тот, кто это подбросил, слишком хотел, чтобы мы думали быстро.

— Значит, это не её?

— Я не сказала “не её”. Я сказала “слишком удобно”.

Мира нервно переступила с ноги на ногу.

— Мне позвать милорда?

Вопрос был правильный.

Очень.

И именно поэтому Алину он разозлил.

Потому что ещё вчера ей пришлось бы самой добиваться, чтобы генерал вообще слушал. А сегодня после вскрытой раны, сделки, письма с вензелем Равенскар и того опасного, слишком честного взгляда, которым он смотрел на неё в этой комнате, первым движением стало именно это: позвать его.

Опасно.

Она уже слишком быстро начала считать его частью собственного решения.

— Нет, — сказала Алина после короткой паузы. — Пока нет.

Мира моргнула.

— Но…

— Но если я позову его на каждый найденный лоскут и украшение, в доме очень быстро поймут, что именно я считаю важным. А мне сейчас важнее понять, кто следит за моими шагами.