Книга Врач-попаданка. Невольная жена дракона Генерала, страница 280 – Диана Фурсова

— Обязан, — перебил он. — Именно теперь.

И дальше — уже тише, только ей, хотя слышали все:

— Моя единственная жена. Не потому, что так решили мёртвые бумаги. А потому, что я выбрал. Вас.

Ожерелье на шее вспыхнуло жаром.

На миг Алина даже ослепла от этого внутреннего света. Не глазами — телом. Как будто по позвоночнику прошла тонкая огненная нить, а потом ушла в пол, в стены, в самую глубину дома.

Что-то ответило.

Не человек.

Не украшение.

Род.

Тарр резко поднял голову.

— Милорд…

— Замолчи, — хрипло сказал Рейнар.

Поздно.

Снаружи уже послышался первый дальний звук.

Не колокол.

Не шаги.

Тяжёлый гул, будто просыпающийся под камнем зверь повернулся на другой бок.

Дом Вэрнов принял слово.

И теперь об этом скоро узнают все, кому не следовало.

Рейнар выдохнул.

Сразу иначе.

Словно последним признанием выжег из себя остаток силы вместе с жаром.

Глаза его на секунду потухли.

А потом он резко побелел.

Алина успела только выругаться вполголоса, когда его голова дёрнулась в сторону, а тело тяжело, опасно обмякло на столе.

— Нет.

Она уже была у него.

Руки — к шее, к груди, к ране, к лицу.

Пульс.

Есть.

Но рваный. Неровный. Слишком быстрый.

— Вода. Немедленно, — бросила она. — Иара, окно приоткрыть. Тарр, всех к чёрту от двери. Если кто-то войдёт сейчас — лично воткну ему нож в глаз.

— Уже, — отозвался капитан и исчез так быстро, будто только и ждал команды убивать.

Морейн шагнула к двери, но не ушла.

— Вы понимаете, что он сделал?

— Да, — отрезала Алина, смачивая полотна и обтирая ему лоб, шею, грудь. — И если вы сейчас попытаетесь объяснить мне политический смысл того, что я только что услышала, я вас задушу красивее, чем умеет ваш совет.

Морейн чуть наклонила голову.

— Справедливо.

И всё же не ушла.

Правильно. Умная женщина знает, когда лучше побыть рядом с правдой, даже если она дышит жаром и пахнет кровью.

Иара помогала уже без слов. Подавала воду. Меняла полотна. Следила за повязкой. Один раз коснулась запястья Алины и тихо сказала:

— Дышите.

Только тогда Алина поняла, что сама почти не дышит.

Она заставила себя вдохнуть.

Ещё.

Посмотрела на Рейнара.

На резкую линию рта.

На влажные волосы.

На повязку, белую и слишком чистую после крови.

На человека, который только что признался ей в любви как в боевом решении — под угрозой смерти, совета и собственной лихорадки.

Невыносимый.

Безумный.

Её.

Эта последняя мысль ударила так сильно, что пришлось немедленно от неё отшатнуться.

Не сейчас.

Не смей.

— Он вытащил себя этим словом через силу, — тихо сказала Иара. — И почти за это расплатился.

— Знаю.

— А вы?

Алина вскинула голову.

Иара смотрела прямо. Без ехидства. Без лезвия. Почти по-человечески.

— Что — я?

— Вы расплатитесь позже.

Правда.

Честная, как нож.

Потому что она уже знала: это признание не спрячешь обратно. Ни в жар, ни в лихорадку, ни в удобное “он был не в себе”.

Свидетели есть.

Дом ответил.

Магия приняла.

Совет услышит.

И все, кто хотел сделать её временной фигурой, теперь увидят в ней не просто помеху.

Законную, выбранную, любимую жену линии.

Главную мишень.

В дверь ударили.

Резко. Уже без вежливости.

Тарр рявкнул что-то снаружи, но следующий голос пробился сквозь дерево слишком хорошо.

Голос Арманда Грея.

Спокойный.

Мягкий.

Почти любезный.

— Леди Морейн, капитан Тарр, полагаю, вы уже поняли, что произошло. Дом ответил на заявление милорда Вэрна. Поздравляю. А теперь откройте. По решению совета леди Вэрн подлежит немедленной передаче под охрану дворца — отдельно от супруга, разумеется, до подтверждения законности только что совершённого акта.